Ellen Fallen - Мятежные сердца

– Где все? – хмурюсь я, набираю снова кашу в ложку.

– А кто тебе нужен? – мама отставляет в сторону блюдце – Твои сообщники уволены.

Вот так спокойно, на её лице никаких эмоций. Ещё больше не понимаю, что происходит.

– Что все это значит? – отталкиваю от себя тарелку. – Как ты могла их уволить?

Мама удобней садится на стуле, промакивает салфеткой рот и отодвигается от стола.

– Даниель, вы действительно думали, что я идиотка? Дом с сигнализацией, натыкан видеокамерами по периметру… То есть твой ухажёр залазит к нам в окно, потом услужливая домработница, которая годами работала у нас, впускает непонятного парня в дом. А моя дочь, в моё отсутствие, располагает его у себя в комнате, – она швыряет салфетку на стол и смотрит на меня. – Сколько ты уже с ним спишь?

Моё сердце сейчас бьётся как у зайца, загнанного в угол. Широко раскрыв глаза, я растерянно провожу по волосам.

– И это тоже не столь важно. Я так надеялась, что у тебя будут мозги, – она расстроено качает головой из стороны в сторону. – Сколько я тебе говорила про важность выбранного тобой человека. Эти моменты, которые не повторятся. Ты же у нас как принцесса, все для тебя. Мы с отцом возлагали надежды. А ты с кем связалась? Скажи мне, о чём ты думала?! – она повышает голос, облокачивается на стол и встаёт. – Мало того, что он отребье, шелуха уличная, сын непонятно кого. Так ещё и, в довершение, преступник. Ты видела его досье? Там на несколько лет вперёд хватит мусора. Но нет, Даниель у нас умная! Выросла, стала самостоятельной.

– Не называй его так, – кричу я. – Ты ничего про него не знаешь!

Мама громко смеётся, и хлопает в ладони.

– Ты такая дурочка, милая. Он наиграется и выкинет тебя. Пойдёт к своим дружкам наркоманам, которых осталось просто прихлопнуть как тараканов, и сядет. А ты будешь плакать и страдать. И кто останется тебя утешать? – она опирается на стол и зло смотрит на меня. – Я ведь выкинула его с работы. Показала ему все, что у меня есть. Предложила свободу в обмен. А он пришёл ко мне и швырнул ещё больше доказательств. А теперь моя дочь спит с преступником.

Мне кажется, я оглохла на этом моменте, она ему предлагала что? Встаю со стула, который звонко ударяется об кафель. На телефоне набираю пару строк и иду наверх. Мама кричит мне вслед, пока я скидываю в сумку нижнее белье и кое-какие вещи. Дверь со стуком открывается, мама выхватывает из моих рук сумку, дёргает так, что сдирает кожу у меня на тыльной стороне ладони, болезненно сжимает локоть и поворачивает к себе лицом.

– Ты никуда не уйдёшь, – шипит она сквозь зубы. – Будешь делать так, как я тебе скажу. Забудь этого выродка навсегда. Сегодня же поедешь к отцу, и чтобы ноги этой…этой твари рядом с тобой не было.

Последние её слова злят меня ещё сильнее, яростно толкаю её в грудь, и она оседает на кровати с сумкой в руках.

– Подавись вещами. Я и так уйду. А папа не станет жить с такой сукой как ты. Только и можешь, что жизнь портить, – выбегаю из комнаты, затем вниз по лестнице. Сзади слышу, как мама все ещё кричит, но мне уже все равно. Я знаю, куда я могу убежать. Преодолеваю за считанные минуты наш двор, поворачиваю в то самое место, где мы впервые встретились с Райдером. Надеюсь, он скоро будет рядом со мной.

Райдер

Я не собирался уезжать из города, даже не давал себе возможности подумать об этом, пока Даниель здесь. Сейчас мне необходимо устроить Марту, потому что я решил продать дом. Такое большое строение не каждому по карману. Ремонт в комнатах не заставил долго ждать. Я уже около 20 минут стою на втором этаже и рассматриваю нежно-розовую комнату моей бабки. Узнав, что с ней сделали рабочие, та перевернулась бы в своём гробу. Никогда раньше комната не выглядела подобным образом. Марта раздала все вещи то ли в приют, то ли в дом престарелых. Мне глубоко плевать, что она сделала со всем барахлом. Теперь все выглядит так, будто это образцовый дом для большой и дружной семьи, коей мы никогда не являлись.

Тяжесть воспоминаний давит на меня, пока я стою в комнате, скрестив руки на груди. Это как начать свою жизнь с чистого листа, но боюсь, цвет стен в этом доме не убьёт во мне все то, что происходило здесь год за годом.

– Райдер, – оглядываюсь, когда Марта заходит в комнату. – Ох, ну неплохо, да? Я тут подумала, что это место может для кого-то стать домом мечты…

Усмехаюсь, да уж может для кого-то и станет. Главное, чтобы черные души моих родственниц не решили здесь осесть.