Грегг Гервиц - Специалист

– Проклятье, – выдохнул он. Ему захотелось ее чем-нибудь прикрыть, но он понимал, что скоро труп будут осматривать криминалисты, а до этого он должен лежать здесь, на бетонном полу.

Геррера тупо смотрел на тело Бубнового Пса. Он все еще держал в руках пистолет, прижав ко лбу кулак и безмолвно шевеля губами. Тим почти нежно взял Герреру за локоть, вынул из его рук «глок» и засунул в кобуру на поясе. Геррера едва ли заметил это.

Пуля попала в грудь Бубнового Пса; рядом с раной на футболке виднелись тонкие полоски крови.

– Он стоял в тени. Собирался снять тебя, но Геррера выстрелил раньше. – Медведь, нахмурившись, кивнул на грудь Пса, восхищаясь точностью выстрела. Потом он перевел глаза на мертвую девушку, и по его суровому лицу пробежала тень сожаления. – Какого черта этим ублюдкам понадобилось похищать девушку в Четсуорте и вырезать ей желудок?

Пытка извращенцев? Сатанинский ритуал? Диверсия? Тим покачал головой:

– Нам нужно это выяснить.

Лицо Герреры было серым. Медведь с Тимом встретились взглядами и кивнули, мысленно сойдясь в одном – парня нужно вывести на свежий воздух.

– Рэй, – сказал Тим. – Пойдем наружу, дождемся подкрепления.

На улице Геррера сделал несколько глубоких вдохов и жестом показал под ноги.

– Я присяду?

– Конечно.

Геррера сжал ладони: его руки дрожали. Тим догадался, что он бормочет «Отче наш» по-испански. Тень Тима закрыла ему свет, и Геррера перестал молиться, как будто одернул себя.

Тим сел перед ним на корточки:

– Если бы ты не убил этого парня, он убил бы меня.

– Я знаю.

Тим заметил боль в его голосе.

– Запомни это чувство. Но никогда не позволяй ему брать верх над собой.

Геррера наклонил голову и посмотрел на Тима. Под светом уличного фонаря его кожа выглядела гладкой, и он казался чуть ли не старшеклассником. Он быстро отвел глаза, смутившись:

– Тебе легко говорить.

– Пусть так же легко будет и тебе.

Тим встал.

На дороге показалась длинная вереница автомобилей – патрульные машины, какие-то тачки без опознавательных знаков, две кареты «скорой помощи» и белый «бронко» Таннино, замыкающий кавалькаду. Геррера быстро встал на ноги, сделал выдох и собрался с духом.

Таннино выскочил из машины. Он был возбужден и начал говорить, еще не успев подойти к ним:

– На складе все чисто? Надо выгнать оттуда всех ротозеев, пока криминалисты не приберутся. – Недолго думая, он забрал пистолет у Герреры на освидетельствование и, отвернувшись, сказал Миллеру: – Его нужно отвести в больницу. Он должен прийти в себя, можно пока дать ему успокоительное.

– Я не хочу в больницу. Рэк продырявил Вождя и не…

– Рэкли – стреляный воробей, – веско произнес Таннино.

Послышался скрежет: погрузчик начал поднимать с земли мусорный контейнер, чтобы загрузить его в кузов. Почему самые громкие уличные работы должны производиться в четыре утра?

Появился Медведь, тяжело дыша, словно он только что пробежал пять километров.

– Я прошелся за криминалистами; там, в конторе, явно все подчистили. Везде пусто – и в ящиках, и в чулане, даже в мусорке ничего… – Медведь осекся: его осенила какая-то мысль. Он рванулся через парковку, размахивая на ходу руками. Контейнер был уже на полпути к кузову. В кабине открылось окошко; водитель мусоровоза начал говорить с Медведем, потом опустил контейнер обратно и проехал вперед. Медведь схватился руками за края контейнера, подпрыгнул и согнулся над его содержимым. Контейнер накренился под весом Медведя – в этот момент прозвище как никогда подходило ему.

Все удивленно смотрели на него.

– Вы что, не кормили его всю ночь? – поинтересовался Джим.

Медведь перекинул ноги внутрь контейнера, и фонарик в его руке осветил поднимающийся пар. Медведь исчез в куче мусора. Таннино и Тим иронически переглянулись, но тут Медведь оглушительно свистнул. Подбежал Тим, за ним шел Ааронсон, за Ааронсоном – еще один криминалист. В контейнере было почти пусто, хоть и смрадно; стенки его украшали ржавые подтеки. В углу валялись три мусорных пакета, напоминавшие упитанных гусей; кое-где через полиэтилен прорывались покрытые зеленью ветки. Медведь согнулся, опустившись на корточки, и смотрел на единственный черный пакет.

Ааронсон стал серьезным и произнес типичную фразу криминалистов:

– Не трогай там ничего.

Медведь посмотрел Тиму в лицо. Фонарик дрогнул, и Медведь снова включил его. Луч осветил отверстие размером в кулак в стянутой горловине пакета.