Грегг Гервиц - Специалист

– Простите. – Он собрался сказать что-нибудь напоследок, но женщина махнула рукой.

Ее голос был пронизан скорее сожалением о случившемся, чем скорбью:

– Ничего, ничего. Не извиняйтесь.

Когда Тим уже выходил с кладбища, слушая Медведя, трещавшего о результатах расследования, он оглянулся. Безымянная сестра Манконе тихо сидела в той же позе перед могильной плитой, опустив руки на колени.

По стенам командного пункта были расклеены фотографии «грешников» и их «милашек», сделанные на похоронах. Через каждые пять минут кто-нибудь из помощников выходил из-за компьютера, чтобы прикрепить очередную бумажку с именем под одной из фотографий. Все напряженно работали, за исключением Джеффа Мелейна, который, стоя в углу, о чем-то тихонько говорил по сотовому, словно советуясь с букмекером.

Крупные планы подружки Дэна, снятые Тимом, висели на доске объявлений рядом с его столом. На кладбище она постоянно ускользала от взгляда Тима, и он не успел разглядеть, насколько она красива. Необыкновенно утонченное и при этом строгое лицо; густые каштановые волосы, разделенные пробором, откинуты назад. Агрессивные скулы, которые казались еще выше благодаря прищуренным от солнца глазам. Изящная дуга переносицы. Радужная оболочка, излучающая почти небесную синеву. Ее можно было бы снимать в клипе какой-нибудь рок-группы.

Большинство остальных «милашек» и «мочалок» уже идентифицировали, больше того: были известны род занятий и адрес каждой из них. Энни Наручные Часы звали Трэйси Уайт. Когда она подрабатывала в массажных салонах, принадлежавших клубу, ее несколько раз арестовывали за проституцию, впоследствии ее «повысили» до клубной «мочалки». По слухам, она работала проституткой на стороне и, судя по всему, превратилась в совершенную шлюху.

«Страйкер» и его загадочная спутница все еще оставались безымянными. Под его фотографией Геррера повесил увеличенные фрагменты других снимков, на которых были видны наручная повязка и перстень.

Тим отсканировал бумаги и встал.

– Попрошу минуту внимания, – сказал он.

Жужжание прекратилось; все прижали телефонные трубки к груди.

– Дело передано шерифу, но это вовсе не означает, что мы не будем расследовать расстрел в Палмдейле. Там было убито тридцать семь человек.

Некоторые из коллег посмотрели на него с явным неодобрением.

– Мне все равно, кем они были. Их убили, и убили те, кто сейчас находится в розыске. А это значит, что вина лежит и на нас – наше дело ловить тех, кто в розыске. Поэтому неважно, были это «метисы» или монахи, ехавшие на мотоциклах в монастырь, – при этих словах Тима Геррера выпрямился, – но мы сделаем свою работу, и сделаем хорошо. – Тим указал на снимки: – Давайте возьмем по нескольку имен и потрясем тюремные клетки, а потом посмотрим, что из этого выйдет.

Все снова принялись за работу; командный пост загудел, как улей. Тим с Медведем и Геррерой собрались в кружок у стола заседаний.

– Пресса сбегается, как на пожар, – сказал Медведь. – Это второе по масштабности массовое убийство в истории Калифорнии.

– А какое первое?

– Нападение Джеджедайи Лэйна на Бюро переписи населения. Слышали?

– Смутно припоминаю. – Тим выдохнул. – Сейчас бандиты веселятся. Их веселье выплескивается и в газеты, и на телеэкраны, и непосредственно на людей. Таннино и мэру крепко достанется на пресс-конференции. Нам нужно сконцентрироваться на деле, держать ухо востро. – Он повернулся к Геррере: – Есть что-нибудь о Хлысте?

– Ты имеешь в виду «грешника», у которого отобрали «цвета»? – Геррера подождал, пока Тим кивнет. – С улиц о нем пока никакой информации.

– Еще нужно поискать по базе данных кличку «Оглобля Дэнни». Этот тип, судя по всему, на короткой ноге с «грешниками».

Медведь, пытаясь справиться с вытекающим из буррито соусом, помедлил с ответом.

– Уже искали. Ни черта. Томас и Фрид занимаются этим, бегают по мастерским, где красят байки, и т. д. и т. п.

Тим снова обратился к Геррере:

– А «метисы» не могут в ответ учинить подобную расправу?

– Похоже, в гроб «метисов» сегодня забили последний гвоздь. В Палмдейле был главный филиал, и, судя по всему, самый многочисленный. После всех этих разборок у их клуба почти не осталось распорядителей. Я бы очень удивился, если бы они нашли резервы для мести такого масштаба. «Грешники» очень сильны. Особенно сейчас.

– Что же побудило «грешников» устроить такую кровавую баню?