Дэвид Голмон - Легенда

— Так кто же тебя все-таки спас, Джек? — спросила Вирджиния.

— Не знаю. Но, судя по следам, которые я видел на песке, оно огромное. Лапы с перепонками, как у статуй.

— О Боже! — Профессор Чарльз Хиндершот Элленшоу III был так потрясен, услышав слова Коллинза, что даже позабыл о споре с Китингом. — Так, значит, это правда! Не легенда! Существо действительно ходит вертикально, подобно человеку!

«Рио Мадонна» стоял на якоре, и Фарбо подумал, что шкипера можно считать счастливчиком, в основном из-за его осторожности. Когда американцы исчезли за поворотом, шкипер нахмурился, остановил двигатель и отдал якорь. Он послал несколько человек на лодке разведать, что там впереди. Лодка вернулась через час, и оказалось, что сразу за поворотом реки находятся опасные пороги. Эта новая задержка взбесила Мендеса, и он ругался на чем свет стоит. Зато Фарбо, казалось, был рад промедлению, и шкипера интересовало почему. Он прислушался к тому, как француз убеждает Мендеса.

— Вероятно, в этой полутьме вы неправильно оценили ситуацию, сеньор, — говорил Фарбо. — Американцы уже там, а мы еще здесь, по эту сторону порогов. Зачем ломиться неизвестно куда и палить из пистолетов, когда можно подождать и без проблем взять то, за чем мы пришли сюда.

Мендес, заложив руки за спину, нетерпеливо расхаживал по корме. Он бросил взгляд на тяжелую баржу, тоже стоявшую на якоре, и тряхнул головой.

— Вы правы, но я не могу просто так ждать. Надо хоть что-то предпринять.

— И напрасно. Я бы подождал, но я человек терпеливый. У американцев только один путь обратно — через пороги. Им не проскочить мимо нас. Кроме того, друг мой, наше сокровище лежало там испокон веков и никуда не денется теперь.

— Вы, как всегда, правы, — обдумав его доводы, признал Мендес. — Мне стоит поучиться у вас логике и терпению, но тем более вы должны понимать таких людей, как я. Что вы задумали? Как мы будем действовать?

— Мы не спеша разгрузим наше подводное снаряжение. Я выбрал такое, что не дает пузырьков воздуха в воде, поэтому мы просто проплывем под американцами или обогнем их и попробуем найти рудник. Вам нравится подводный спорт, сеньор Мендес?

— План, конечно, хороший. Но почему не прилепить им на днище пару мин и не взорвать их к чертовой матери?

— А если кто-то выживет? У них наверняка есть опытные люди на борту. Если они узнают, кто взорвал их, а они обязательно дознаются, уверяю вас, то вряд ли попросят объяснений.

Мендес бросил на него мрачный взгляд. Колумбиец терпеть не мог, когда его поучали, словно ученика воскресной школы.

— Мне кое-что известно о тех, кого вы так легкомысленно предлагаете убить, — продолжал Фарбо, холодно посмотрев на капитана Росоло. — Они порежут нас на ремни. Давайте, как я предлагаю, сначала проверим, стоит ли овчинка выделки.

Мендес еще раз крепко задумался, а потом улыбнулся и кивнул.

— Вот почему такие люди, как я, хорошо платят таким людям, как вы. У вас другой уровень мышления.

Француз кивнул и, повернувшись, пошел в ходовую рубку. Мендес проводил его взглядом, но, когда повернулся к Росоло, уже не улыбался.

— Заложишь заряд под катер американцев и отправишь на тот свет всех тех, кем так восхищается наш французик. Только смотри, чтобы детонатор сработал, когда мы будем уже в руднике.

— Си, сеньор, — коротко кивнул Росоло, и его губы тронула зловещая, но торжествующая улыбка.

— Похоже, у вас проблемы, — заметил шкипер, когда Фарбо вошел в рубку.

— Вы чрезвычайно наблюдательны, шкипер, — сухо отозвался француз. — У меня действительно есть проблема, и заключается она в том, что сеньор Мендес — болван. Но насколько я мог заметить, сеньор Сантос, вы к этой категории не относитесь. — Фарбо в упор посмотрел на него. — Мы с вами не дураки, сеньор Сантос, поэтому не скажете ли мне: как обычный речной шкипер, пусть даже и опытный, сумел угадать, что пороги окажутся именно за этим поворотом? Вы ведь никогда не бывали здесь раньше?

Сантос ухмыльнулся.

— У меня врожденное чувство опасности. Еще моя мамаша крестилась, глядя на меня, и поэтому отправила меня в католическую школу в Боготе. Монахини тоже ничего не могли поделать со мной и спихнули меня еще дальше, в семинарию, вот так-то, сеньор. Но меня всегда манила река, и я ее знаю, чувствую и понимаю.

— У вас действительно дар, сеньор, — рассмеялся Фарбо. — Дар мастера ездить по ушам. Рекомендую быть особенно осторожным ближайшие дни, и понадежнее спрячьте ваше… дарование, пока еще у кого-нибудь не появились подозрения на этот счет.