Мне говорили, что после суда будет легче. Если повезет (ха-ха!), меня переведут в крыло, где содержат таких же, как я, «неприкасаемых» — заключенных с сексуальными отклонениями. Представляю, как там будет здорово! Просто вечный праздник!
Иногда я совсем не сплю по ночам. Вокруг меня столько гнева — он и вокруг меня, и во мне. Я злюсь на мерзавца, который изнасиловал девчонку на аттракционе «Поезд-призрак». После того случая легавые оцепили пирс. Все планы мне сбили! До того все шло просто замечательно. А потом — уже нет.
А еще я злюсь на свою покойную жену. Сука! Избавилась от унижения, легко отделалась… Что-то здесь не так. Хотя на самом деле мне все равно — как, наверное, и всем остальным.
Но больше всего я злюсь на тебя, суперинтендент уголовной полиции Грейс! Ты думаешь, что очень ловко придумал растрезвонить на весь свет, какой у меня маленький член. Такие оскорбления не прощают!
Вот почему я начал давать показания. На меня вешают теперь все эпизоды, когда у изнасилованных забирали туфли. И «Поезд-призрак» тоже на меня повесили. Но подловить меня на противоречиях не удастся — газеты давным-давно растрезвонили подробности всех преступлений Туфельщика, в том числе и недавних, в том числе и на «Поезде-призраке».
Я в безопасности!
Ты не понимаешь, почему я вдруг изменил почерк. Раньше забирал одну туфлю и трусики, а потом вдруг стал забирать обе туфли. А я нарочно, понял? Не собирался облегчать тебе жизнь, без конца повторяя одно и то же. Разнообразие — вот мой девиз!
Да, я тот, кого ты искал! Надеюсь только на одно: подонок, который изнасиловал девчонку на «Поезде-призраке», на этом не остановится.
И сядешь ты в большую лужу, суперинтендент Грейс!
А я порадуюсь.
Вот тогда мы с тобой и померяемся членами!
22 февраля, воскресенье
— Так приятно, милый, когда тебя ничто не тревожит, — заметила Клио.
Наступил вечер. Всю вторую половину дня они вместе составляли список гостей. Рой Грейс сидел на диване с бокалом красного вина и смотрел свою любимую передачу «Антикварные находки». Больше всего ему нравилось наблюдать за людьми, когда им сообщали, сколько стоят их бережно хранимые — или наоборот — фамильные ценности. Какое выражение появляется на лице домохозяйки, когда оказывается, что какая-то треснутая миска, из которой кормят собаку, стоит несколько тысяч фунтов. И недоверие, когда красивую картину, которую передавали в семье из поколения в поколение, признали фальшивкой и оценили в несколько фунтов.
— Да! — Он улыбнулся. Жаль, что на самом деле он не чувствует облегчения. Нет, не чувствует. Хотя Туфельщик, вина которого, можно сказать, доказана, арестован, его по-прежнему гложет сомнение. Да и самоубийство жены Стерлинга какое-то подозрительное. Он прослушал запись из комнаты свиданий в тюрьме, где она обещает вернуться домой и покончить с собой. Ее слова были похожи на пустую угрозу. А она действительно вернулась домой и повесилась. И записки не оставила…
— Я имею в виду, — Клио отодвинула Хамфри и уютно свернулась на диване рядом с Грейсом, — когда ты хотя бы выглядишь беззаботным.
Он пожал плечами, потом кивнул:
— Хорошо, что Туфельщик получил кое-какое воздаяние! Ослеп на один глаз.
— Тоже мне воздаяние. Жаль, что та девушка его не кастрировала, — возразила Клио. — Все его жертвы так или иначе искалечены, а одна мертва.
— И мы ведь не всех знаем, — добавил Грейс. — Туфельщик раскололся, но мне почему-то кажется, что он что-то от нас утаивает. Да, редко приходится встречаться с такими отвратительными ублюдками… Его домашний и рабочий компьютеры напичканы всякой мерзостью. Он регулярно заходил на сайты фетишистов, сдвинутых на женских ногах и обуви. Почти все они с садистскими наклонностями. А в его холодильнике на работе обнаружили целый арсенал: снотворные и наркотики для будущих жертв.
— Если он признает себя виновным, потерпевшие будут избавлены от тяжкого испытания давать показания в суде…
— Ничего пока не известно. Все зависит от его адвоката — а защищать его приставили старину Кена Акотта. У нас против Туфельщика тонны улик. Гараж снят на его имя. Мы нашли у него пропавшие страницы из дела Рейчел Райан. Он хранил их у себя на работе, в сейфе. В журнале его компьютера и айфона ссылки на страницы «Фейсбука» и «Твиттера», где отметились его недавние жертвы. Но самое главное — ДНК с трупа Рейчел Райан. — Грейс отпил вина. — Но придется ждать результатов психиатрической экспертизы. Врачи должны установить, вменяем ли он и можно ли его судить. Просто замечательно! Гэрри Старлинг достаточно вменяем для того, чтобы руководить одной из крупнейших компаний в городе. Его избрали вице-президентом гольф-клуба и казначеем «Ротари-клуба» — но, возможно, его признают невменяемым и он избежит суда. Наши законы — полный отстой!
Читать дальше
Конец ознакомительного отрывка
Купить книгу