Андреас Вильгельм - Проект Вавилон

Питер замолчал на секунду, а потом схватился за голову:

— Постой, не может этого быть! Ну я и осел! Почему это раньше не пришло мне в голову?

— Что?

— Я понял, откуда я знаю ту фразу из пещеры!

— Какую фразу?

— Arcana publicata vilescunt… Ну, вспоминаете? «Раскрытые тайны теряют в цене, а оскверненное — всякую привлекательность».

— Э… Да, может быть. Вы знаете эту цитату?

— Да, я только что вспомнил, что знаю ее, но пока не помню, в каком контексте она звучала.

Быстрым шагом он пошел вперед, пристально всматриваясь в лица присутствующих.

— Это же так очевидно! Пойдемте же, нам нужно найти Рене!

— А вы не хотите просветить и меня? — спросил Патрик, смиренно следуя за профессором и доставая на ходу очередную сигарету из помятой пачки.

— Вот она! — воскликнул Питер и остановился в дверях.

В комнате люди общались между собой маленькими группками. Как только оба исследователя вошли, одна из групп незаметно растворилась и только Рене Колладон осталась на месте и даже махнула им рукой.

— Месье, я рада, что вы приняли мое приглашение, особенно вы, господин профессор. Честно говоря, я не надеялась увидеть вас вновь.

— Ну, раз уж мы здесь, — ответил Питер, — пусть вас не смущает, что мы будем выступать в другой роли.

— Я не понимаю, о чем вы говорите.

— Когда мы встречались с вами в Париже, у нас было намного больше вопросов, чем у вас. Но сейчас обстоятельства изменились, и у нас нет сомнений в том, что теперь мы можем поменяться ролями.

— Месье Лавелл, у меня такое ощущение, что сейчас мы находимся с вами на восточном базаре и торгуемся, — она улыбнулась. — Если вам от меня ничего не нужно, зачем же вы подошли ко мне?

— У меня есть кое-что, что вам наверняка захочется иметь. И мне интересно, что вы сможете нам за это предложить.

Рене Колладон рассмеялась.

— Что же такое есть у вас, что я непременно захочу?

— Я знаю, где находится пристанище Святого Духа.

Патрик удивленно смотрел на собеседницу, но та осталась непоколебимой.

— О чем вы говорите! — произнесла она в конце концов без всяких эмоций. — Не смешите меня!

По излишней сдержанности в ее голосе стало понятно, что она уже не чувствует себя уверенно.

— Пожалуй, я расскажу вам одну историю, — начал Питер, — а потом вы скажете мне, кто из нас кого смешит.

— Даже не пытайтесь шутить со мной, — пригрозила она, прищурив глаза.

— В середине пятнадцатого века, — продолжил Питер, — в этих местах жил мужчина, происходивший из знатного тевтонского рода. С пяти лет его начали обучать всем гуманитарным наукам, а уже в пятнадцать он отправился в Священную землю. Будучи в Дамаске, он услышал про тайное общество мудрых людей. Он сразу же отправился на их поиски, которые привели его в Дамкар. Там его уже ждали, и он стал обучаться тайным магическим искусствам. Так прошло несколько лет.

Все время, пока Питер говорил, Рене смотрела на него с каменным выражением на лице.

— После окончания учебы он пересек весь Египет и, прибыв в Фез, присягнул на верность духам природы. Затем молодой человек поехал домой, побывав сначала в Испании, а потом и в Германии. Несколько лет он был приверженцем отшельничества, а потом решился передать другим все свои накопленные знания и посвятить себя добру. Он добрался до пристанища Святого Духа, где начал исцелять людей и собирать вокруг себя единомышленников. Впоследствии его ученики разбрелись по всей Европе, чтобы распространять его учение. Мужчину звали Христиан Розенкрейц, на латыни его инициалы CRC.

Рене не проронила ни слова.

— У истории есть продолжение. Пришло время, и этот мужчина умер. Его похоронили в тайном месте. Спустя сто пятьдесят лет это место нашли. Могилой оказалась пещера, освещаемая «магическим светом» и украшенная разного рода магическими символами. Внутри было найдено совсем невредимое тело.

Патрик смотрел на своего коллегу со все возрастающим удивлением, а тот как ни в чем не бывало продолжал:

— В середине семнадцатого века вся эта история стала очень популярной, после того как в свет вышел труд под названием «Fama Fraternitatis». Каждый, кто хотел присоединиться к так называемым последователям Розенкрейца, должен был подтвердить это своими поступками или научными трудами. Даже в наши дни еще существуют тайные общества и ордены, апеллирующие к Розенкрейцу. К их числу относятся и «Истинные наследники креста и розы», разве не так? По внешней атрибутике вы очень похожи на любую масонскую ложу, но в действительности вы считаете себя истинными последователями мистических розенкрейцеров. Даже при выборе вашего псевдонима вы постарались использовать буквосочетание великого основателя, не так ли, Клер Рене Колладон?