Роберт Липаруло - И приидет всадник…

«И он хочет, чтобы я?..»

— Слушайте все! — продолжал вещать Скарамуцци, не отрывая взгляда от Брейди. — Эти незваные гости явились сюда по воле моего отца, чтобы продемонстрировать мою силу и мою подлинную сущность! Пусть выстрелят в меня…

Аудитория прервала его криками «Нет!», «Не позволим!».

— Пусть выстрелят в меня, — продолжал Скарамуцци, — ибо так записано в пророчестве и так суждено. И мне суждено исцелиться и встать. Тогда все меня узнают!

Протесты переросли в приветственные крики.

— Если выстрелят, отпустите их. Если не выстрелят… убейте.

Ответом ему было молчание.

— Вы согласны, дети мои?

Паства не решалась поддержать такую идею. Скарамуцци просил от них больше, чем они могли ему обещать. Застрелить долгожданного и спокойно уйти? Что за чертовщина!

— Я вернусь, — пообещал Скарамуцци, — и сам с ними поквитаюсь. Они мои.

Такой разговор собравшиеся понимали. Раздался шквал аплодисментов и восторженных воплей. Затем он стих, как прибойная волна, скатывающаяся с берега обратно в море.

— Итак, — негромко обратился к Брейди претендент в антихристы, — исполните то, что суждено.

— Давай, — прошептала рядом Алиша.

Брейди мысленно уже надавил на спусковой крючок, отправив пулю в голову этому сумасшедшему. Но его палец не двигался.

Это неправильно, ведь Скарамуцци безоружен. Это убийство.

«Стреляй!» — сердито приказал он себе.

Но Брейди не был создан для беспринципных поступков. Он ошибался, когда думал, что готов на все, на любые нарушения закона, готов поступиться нравственными принципами. Цель не оправдывает средства! Три дня назад, целясь в Малика, он чуть не выпустил своего зверя из клетки. Теперь все было иначе.

«Вспомни убитых людей… Зака… вспомни покушение на Алишу».

У него были все основания выстрелить. Почему же он не мог этого сделать?

Бывают случаи, когда солдаты, прекрасно подготовленные физически и психологически, не могут заставить себя убить врага — даже если тот пытается убить их. И это обнаруживается в самый неподходящий момент.

— Брейди! — прошептала Алиша.

Он видел, как на лбу у Скарамуцци блестит пот, как подрагивает прядь волос. Брейди постарался отрешиться от этого, но чувствовал, что нервы у него начинают сдавать.

— Стреляй! — почти неслышно произнес Скарамуцци.

Ствол пистолета начал понемногу опускаться. На линии прицела оказалась шея Скарамуцци… затем грудь…

Тут кто-то схватил его за руку. Алиша поняла его состояние, отняла у него пистолет и сама прицелилась в Скарамуцци.

Тот всего лишь на краткий миг встретился с ней взглядом — и переменился в лице, словно пелена безумия спала, и к Скарамуцци вернулся рассудок. В глазах у него промелькнул ужас.

Алиша выстрелила.

Над левым глазом Скарамуцци возникло отверстие, а из-за головы вылетело облачко красноватого тумана. На стене за его спиной появилось несколько маленьких кровавых пятен. Скарамуцци покачнулся и повалился на алтарь. Правда, через миг он выпрямился и встал ровно. Но, очевидно, на это инстинктивное действие ушли его последние силы. Из отверстия во лбу потекла струйка крови; огибая бровь, она полилась на белую мантию. Скарамуцци зашатался и упал вперед, голова его с жутким хрустом стукнулась о каменный пол, из-под нее стала медленно растекаться лужа густой, как сироп, красной жидкости.

Никто не сказал ни слова. Никто не шелохнулся. Брейди показалось, что присутствующие затаили дыхание. Они, не отрываясь, смотрели на тело, лежавшее на полу в темно-красной луже, и благоговейно ждали.

Алиша потянула Брейди за рукав и потащила к выходу. Он все не мог оторваться взглядом от неподвижного трупа. Затем наконец повернулся и увидел невозмутимые лица Смотрителей. Три «спартанских эфора» спокойно смотрели, как они уходят. Мельком глянув на один из балконов, Брейди встретился взглядом с Викингом, который тут же отступил назад и скрылся в дверном проеме.

Алиша провела Брейди через группу охранников, которые загнали их в этот зал, а теперь толпились у выхода. Их никто не останавливал. Алиша выпустила его рукав, нагнулась и сменила разряженный пистолет на один из тех, что лежали на полу. Проверив магазин и патронник, она осталась довольна и зашагала дальше.

— Ты идешь? — не оборачиваясь, спросила она у Брейди.

— Нам самим отсюда не выбраться, — сказал Брейди.

Они быстро шли по огромному коридору с янтарными светильниками.

— Вернемся и спросим дорогу у кого-нибудь из этих уродов?