Но Чиун не издал ни звука. Не рванулся, сметая все на своем пути, как некогда вождь деревни. Он умрет здесь. Умрет спокойным – потому что ведь останется в живых Римо. Пожиратели крови пришли за его душой – вместо души его сына.
Согнувшись, Чиун упал на ковер, над которым зависло облако. Мгла накрыла его съежившееся тело, опустилась, затем рассеялась.
Чиун лежал на полу; адская боль сводила его суставы, рвала тело на куски. Он не пытался унять ее. Пусть. Из-под полуприкрытых век он увидел, как медленно отворилась дверь номера.
– Сработало что надо, – кивнул Глюк. – Эта новая полужидкая смесь берет чуть не сразу же!
– Да, да; давай консать, – отозвался Ят-Сен, натягивая резиновые перчатки.
Двое шагнули вперед и склонились над корчащимся в муках телом старого корейца.
Мэри Берибери Плесень не могла позволить ему двигаться. Не хотели этого и Чарли Ко, Шэнь Ва, Эдди Кенлай и Стайнберг.
Они так сильно не хотели этого, что двое из них целились в Римо из тяжелых карабинов русского производства, а третий держал его на мушке короткого израильского “Узи”.
– Если бы я знал, что вы собираетесь убить меня – ни за что бы не пришел, – заметил Римо.
Двое с карабинами заржали в голос – но Чарли резким окриком приказал им заткнуться.
Римо стоял на стальном полу загона для убоя скота; футах в двенадцати от него, на платформе, стояла Мэри с электрическим разрядником в руке. Рядом с ней стоял Чарли, поигрывая странной пластиковой штуковиной с металлическим наконечником, напоминавшей заостренный пластмассовый член.
Остальные трое располагались по бокам и за спиной Римо – и целились в него из перечисленного выше оружия.
На площадь Вайн-сквер Римо прибыл после длительных попыток выяснить, где таковая находится.
Первую информацию он получил от швейцара:
– Доберетесь надземкой до 277-й – а там пешком по 664-й, все к югу, пока не упретесь в развилку; а уж там прямо по указателям, точно не ошибетесь.
Сойдя на 277-й улице, Римо не обнаружил 664-й, но зато получил от какого-то аборигена еще одно объяснение:
– Да ясн-дело. Тебе, мил-мой, дальш-к северу – пока, значит, в Мальпасо-роуд не упресся; прям-по ней – и тут те Вайн-сквер; шагай смело, точно не ошибесся.
Когда же выяснилось, что Мальпасо-роуд заканчивается тупиком, на помощь пришел очередной местный житель, посоветовавший “налево, еще налево, там два квартала пройти – направо, а потом спросите. Точно не ошибетесь”.
Собираясь в четвертый раз узнать злополучное направление, Римо обнаружил наконец объект своих поисков. Он ожидал увидеть что-то вроде фабрики – дымящие трубы, двор, набитый откормленными коровами – но дворы и загоны были пусты. Над белыми корпусами, расплывающимися в зыбком мареве жаркого техасского дня, висело угрожающее молчание.
Перепрыгнув через забор, Римо оказался в пустом дворе. Через десять шагов ботинки его превратились в два тяжеленных комка налипшей грязи – поэтому он сбросил их, вспрыгнул на забор и шел по нему, пока не оказался у восточных ворот фабрики – через них обычно въезжали грузовики с зерном.
Над воротами он заметил холодный глазок следящей за ним телекамеры, но сейчас она беспокоила его мало.
Римо вошел в ворота; стеклянный глаз фиксировал каждое его движение.
Сидя в аппаратной, Мэри Берибери и Чарли Ко следили за перемещениями Римо на экране монитора. Все стены небольшой комнаты состояли из многочисленных экранов, а большую часть площади занимал пульт с рукоятками управления камерами, позволявшими видеть все, что происходило в каждом уголке фабрики.
Мэри напряженно вглядывалась в экран с табличкой “восточная сторона”, на котором балансировал на заборе Римо.
– Испытывать судьбу нам не стоит, – заметила она.
– Грохнем его там же, где и накроем.
Чарли Ко кивнул, вынимая из-за пазухи большой лист с планом фабрики.
Насвистывая “Все проходит”, Римо на экране приближался к воротам.
– Всем приготовиться, – произнес в микрофон Чарли Ко. – Сектор восемь. Птичка сама летит в сеть.
Миновав склад с зерном, Римо вскарабкался на ленту конвейера и через отверстие в крыше вылез наружу.
– Сектор шесть! – опомнившись, завопил Чарли Ко.
– Он, гад, не пошел по лестнице!
Римо шествовал по крышам откормочных загонов.
– Так... – Чарли Ко уставился в карту. – Все еще шестой сектор... Сейчас войдет в дверь...
Но Римо не спешил воспользоваться дверью. Вместо этого он подошел к краю крыши, и, подняв над головой руки, мягко спланировал со стены вниз.
Читать дальше