Дин Кунц - Полночь

Вызывая одно меню за другим, Нейл все глубже погружался в дебри проекта «Лунный ястреб». Его интересовали не столько цифры и символы, сколько сам процесс работы с компьютером.

Экран компьютера стал казаться ему уже не электронно-лучевой трубкой для отображения информации, а окном в иной мир. В мир фактов. В мир, лишенный мучительных противоречий… и ответственности. В этом мире не было места для чувств, здесь существовали только знание или незнание, избыток информации или ее недостаток. Чувства – это удел тех, кто создан из плоти и крови.

Итак, перед ним открылось окно в другой мир.

Нейл прикоснулся к экрану.

Ему очень хотелось, чтобы окно отворилось и он смог бы через него проникнуть в мир логики, порядка и умиротворенности.

Пальцами он начал чертить круги по излучающей тепло поверхности экрана.

Ни с того ни с сего он вспомнил о девочке Дороти, которую могучий ураган перенес вместе с ее собачкой Тотошкой из скучной равнины в Канзасе в волшебный сказочный мир. Вот если бы и его какой-нибудь электронный ураган унес в лучший мир…

Пальцы прошли сквозь стекло экрана.

Нейл в страшном испуге отдернул руку.

Стекло нигде не было повреждено. По экрану продолжали бежать волны цифр и символов.

Нейл попытался убедить самого себя, что происшедшее с ним минуту назад было не более чем галлюцинацией. Но все было слишком реально.

Он посмотрел на пальцы. Ни одной царапины. Нейл перевел взгляд на ветровое стекло машины. Дворники были выключены, и дождь заливал стекло, искажая окружающий пейзаж, делая его странным, загадочным. Разве может здесь когда-нибудь установиться порядок, логика, умиротворенность? Он осторожно прикоснулся пальцами к экрану. Стекло было твердым.

Снова возникли мысли о желанном, чистом, спокойном компьютерном мире – и в тот же момент пальцы прошли сквозь экран, как сквозь масло, на этот раз рука оказалась за стеклом по самое запястье. Стекло как бы раздвинулось и охватило руку со всех сторон. Цифры и символы, продолжая бежать по экрану, лишь слегка изменили свой путь, они теперь огибали его кисть.

Сердце забилось как сумасшедшее. Он испытывал боязнь и страшное искушение одновременно.

Нейл попробовал пошевелить пальцами по ту сторону стекла. Он их не ощущал. Возможно, они непонятным образом растворились или были отрезаны? Тогда, вытащив свою руку наружу, он зальет всю машину кровью.

Тем не менее Нейл вытащил ее из-под стекла.

Кисть была целой и невредимой.

Но что-то случилось с ней, она изменилась. На внешней стороне ее появились многочисленные проводники из медного сплава и оптического волокна. В этих стеклянных волокнах бился мерцающий, непрерывный пульс.

Нейл посмотрел на внутреннюю сторону кисти. Подушечки пальцев и ладонь напоминали стеклянную поверхность электронно-лучевой трубки. На ней светились цифры и символы. Он сравнил эти данные с данными, мелькающими на экране, и увидел, что они повторяют друг друга. Когда один блок информации на компьютере сменил другой, то же самое произошло и на его ладони.

Внезапно он понял, что превращение в зверя – это не единственный выход для него, что он может запросто войти в мир компьютерной памяти и логики и остаться там, полностью расставшись с чувствами. Это открытие пришло к нему как озарение, он не смог бы додуматься до этого путем рассуждений. Теперь он знал о своей способности принимать любую форму – свойстве, о котором не догадывался даже Шаддэк, превращая его в Нового человека.

Он попробовал поднести руку не к экрану, а к электронному блоку компьютера. Рука все так же легко прошла сквозь металл в электронное нутро.

Подобно призраку, он мог проникать теперь сквозь любые преграды.

Нейл почувствовал, как вверх по его руке ползет какой-то странный холодок.

Вместо цифр на экране появились загадочные светящиеся знаки.

Холод добрался до плеча и начал расползаться по грудной клетке, подниматься к голове.

Нейл глубоко вздохнул.

Что-то случилось с его глазами. Он не понимал, что именно. Он мог бы посмотреть в зеркало заднего обзора, но не стал. Он просто закрыл свои глаза и позволил им превращаться в то, во что требовалось при втором и гораздо более полном превращении.

Это новое состояние манило к себе куда сильнее, чем образ «одержимых». Он не мог устоять.

Холод полз по его лицу. Рот, губы в одно мгновение онемели.

В голове также произошли изменения. Он стал отчетливо видеть, как устроен его мозг, так же отчетливо, как он видел окружающий мир. Его тело как бы отделилось от него, он перестал получать информацию от органов чувств, он не мог бы сейчас сказать, холодно в машине или тепло. Чтобы определить температуру, ему надо было предварительно провести ряд вычислений. Его тело превратилось в обычный корпус для машины, снабженный датчиками и предназначенный лишь для предохранения и обслуживания функционирующего в нем вычислительного устройства.