Дин Кунц - Полночь

– Вы имеете в виду войну во Вьетнаме? – спросила Тесса.

Гарри кивнул. Он не спускал глаз с собственного кулака.

– На войне, для того чтобы выжить, надо ежеминутно быть ответственным. Ответственным за себя, за каждый свой шаг. А также за своих товарищей по оружию, ведь на войне одному не выжить. Наверное, война хороша только одним – она приучает тебя разбираться в людях, ты начинаешь понимать, что разница между хорошим и плохим человеком состоит в основном в том, насколько они способны отвечать за свои слова и поступки. Поэтому я не жалею, что побывал на войне, пусть даже мне это стоило очень многого. Зато я выучил самый важный в жизни урок, я научился отвечать за все, что делаю. Я до сих пор мучаюсь, когда думаю о людях, которым мы должны были помочь, придя с оружием во Вьетнам, и которым мы помочь не смогли. Я не сплю ночью, когда думаю о расстрелянных, о похороненных в братских могилах. Я плачу, так как эти люди зависели и от меня тоже, ведь и я тоже ответствен за то, что их бросили на произвол судьбы.

Наступило молчание.

Крисси почувствовала, как что-то сжимает до боли ее грудь, такая боль возникала у нее в школе, когда учитель – любой учитель, по любому предмету – начинал рассказывать что-то такое, чего она еще не знала и что меняло ее взгляд на жизнь. Такое случалось нечасто, но всегда это чувство было и пугающим, и влекущим к себе одновременно. Сейчас она ощущала то же самое, но сильнее в сто раз любого открытия в стенах школы.

Тесса прервала молчание.

– Гарри, мне кажется, нельзя так казнить себя. Гарри поднял взгляд на Тессу.

– Если ты начинаешь за что-то отвечать, то никакая мера ответственности не будет слишком большой. – Он улыбнулся. – Я знаю, Тесса, на самом деле вы все понимаете душой. Просто не хотите признаться в этом.

Гарри перевел взгляд на Сэма и продолжал:

– Некоторые, впрочем, совсем не усваивают такого урока, даже побывав на войне. Я иногда встречаюсь с другими ветеранами вьетнамской войны и не вижу в них понимания. Я стараюсь избегать таких людей, хотя это, наверное, несправедливо. Но я не могу ничего с собой поделать. Зато, если я встречаю человека, который усвоил главный урок войны, я доверяю такому человеку, как самому себе. Я такому человеку доверяю всей душой, хотя в нашем случае, кажется, покушаются именно на ответственность и хотят отнять ее навсегда. Я верю, что вы, Сэм, спасете нас. – Гарри разжал свой кулак. – Я не сомневаюсь в этом ни минуты.

Тесса была в недоумений. Она обратилась к Сэму:

– Разве вы были во Вьетнаме? Сэм кивнул.

– Да, я был во Вьетнаме после института. После возвращения я поступил в ФБР.

– Вы ничего об этом не рассказывали. Сегодня утром, когда мы готовили завтрак, вы перечисляли мне трагедии, которые заставили вас переменить взгляд на жизнь. Вы назвали смерть вашей жены, гибель своих коллег, проблемы с сыном, но вы не упоминали о войне.

Сэм посмотрел на свое перебинтованное запястье и после паузы ответил:

– Война – это такая вещь, о которой мне тяжело говорить. (

– Звучит странно.

– Совсем не странно, – вмешался Гарри. – Это действительно такая вещь, которую трудно вынести и о которой тяжело говорить.

Сэм сказал:

– Если бы я не разобрался в своих ощущениях, в своем военном опыте, я бы, наверное, продолжал много и часто рассказывать о войне. Но я разобрался. Я по-нял. И теперь для меня говорить о войне с человеком, с которым я познакомился совсем недавно… это тяжело, поймите.

Тесса посмотрела на Гарри и спросила:

– Вы поняли, что Сэм был во Вьетнаме?

– Да.

– Просто поняли по каким-то признакам?

– Ну да.

Сэм выпрямился.

– Клянусь, Гарри, я сделаю все, чтобы мы выбрались отсюда. Но прежде я должен разобраться в тех силах, против которых мне придется действовать. Корень зла, очевидно, в компании «Новая волна». Надо понять, что они задумали и каким образом можно помешать их планам осуществиться. Не поняв этого, мы не сможем ничего сделать.

В этом месте разговора Крисси почувствовала, что уже ничего не понимает в разговоре взрослых, хотя все услышанное было безумно интересным, а некоторые вещи ужасно хотелось понять. Крисси решила, что настал и для нее момент сказать свое слово.

– Вы точно уверены, что они не пришельцы?

– Мы уверены, – ответила с улыбкой Тесса, а Сэм ласково провел рукой по ее волосам.

– Просто я подумала, – продолжала Крисси, – что инопланетяне могли приземлиться на территории компании «Новая волна» и использовать эту территорию как свою базу. Может быть, они хотят превратить нас всех в подобие компьютеров, как это случилось с Кольтранами. Мы будем чем-то вроде рабов для них. Это больше похоже на правду, чем моя первая версия об их ужасной прожорливости. Ведь у пришельцев, наверное, все в организме построено по-другому, у них, наверное, и желудок другой. С какой стати им питаться живыми людьми? У них ведь может от этого начаться изжога или даже понос.