Дэвид Моррелл - Братство Розы

— Неважно, что эти подразделения отличаются друг от друга — сказал Крис. — Если сравнить их с обычными войсками, то они стоят особняком. Они лучшие из лучших.

— Пожалуй, в этом есть смысл, — согласилась Эрика. — Берут солдат из элитных американских частей и посылают их совершенствоваться в Израиль. Но зачем?

— И почему именно этих людей? — гадал Сол. — И так мало? По какому принципу они отбираются? Эрика нахмурилась.

— Я сказала, что мы не должны основывать свои вопросы на предположениях, но мне все-таки придется это сделать. Этих людей посылали в Израиль с шестьдесят пятого по семьдесят третий годы. Так вы думаете… — Она внимательно смотрела на них. — Может быть, они отличились в боях?

— Где? Во Вьетнаме? — задал вопрос Крис. — Как и мы?

— По годам совпадает. К шестьдесят шестому году Америка уже вовсю воевала. А к семьдесят третьему вывела свои войска. Может быть, эти люди были героями войны? Лучшие из лучших. Уж если они проявили себя на поле боя, где найдешь лучших? Только подготовка “инстинкт киллера” может быть лучше.

— Ты говоришь о людях, которые могут быть обучены лучше, чем “тюлени”.

— Я говорю о таких, как мы, — ответила она. Крис и Сол уставились друг на друга.

— Какого-то звена не хватает, — сказал Крис. — И очень важного. Нужно узнать об этих людях как можно больше.

Сэм Паркер покинул здание из стекла и бетона и с наслаждением вдохнул свежий воздух воскресного вечера. Он был главным программистом в Управлении Национальной Обороны и большую часть времени проводил в помещении без окон, где поддерживали стерильную чистоту и постоянную температуру. Не то чтобы ему это не нравилось — в конце концов компьютер нужно защищать. Несмотря на то, что работа стимулировала его интеллектуально, Паркеру совсем не по душе было приходить сюда по воскресеньям. Положение начальника неудобно тем, что все подчиненные постоянно перекладывали на него свои ошибки. Он бросил взгляд через реку, в сторону Вирджинии и Пентагона. Стоянка автомобилей около Пентагона была почти пуста, так же как и Управление Национальной Обороны. Наверняка сотрудники сейчас в кругу семьи пьют мартини и жарят бифштексы, чем следовало бы заняться и мне, размышлял он, направляясь к своей грязно-коричневой машине с экономичным расходом топлива, на которой как бы стояло патриотическое клеймо “Сделано в Америке”. Мартини, вспомнил он. Вообще-то Паркер не пил, он не возражал, когда другие выпивали в умеренных количествах. Даже по воскресеньям он надевал на работу пиджак и галстук. Он уважал правила хорошего тона и постоянно испытывал смущение от того, что веснушки и рыжая шевелюра обращали на себя внимание в толпе. Ему было пятьдесят пять, и он надеялся, что вскоре его рыжая шевелюра станет седой.

Отъезжая со стоянки, он не обратил внимания, что за ним последовал “пинто”. Пять минут спустя увязалась еще и “тойота”, но он обратил на нее внимание лишь тогда, когда она выскочила из переулка, подрезав его и поцарапав ему левое крыло. В выходной все носятся, как сумасшедшие, раздраженно думал он. Турист, наверное, перестроился в крайний ряд. Его гнев остыл, когда он заглушил двигатель и увидел, что из “тойоты” выходит водитель — потрясающей красоты женщина, высокая, гибкая, с длинными темными волосами, одетая в джинсы и сапоги. Она с улыбкой подошла к нему. Ну что ж, подумал он, уж если аварии суждено было случиться, надо извлечь из нее максимум удовольствия.

Он вылез из машины, пытаясь напустить на себя суровость.

— Юная леди, надеюсь, вы застрахованы. Она коснулась рукой его плеча.

— Я так испугалась. Не понимаю, как это произошло. — И обняла его. Когда он почувствовал, что ее груди прижались к его телу, он услышал, что остановилась машина.

К нему неожиданно подскочили двое мужчин. Один из них, мускулистый и смуглый, очевидно, еврей, другой, о Боже, по виду — ирландец.

— Никто не ранен? — спросил ирландец. Тот, который походил на еврея, придвинулся к Паркеру. Паркер вздрогнул от боли, почувствовав, как ему в руку что-то вонзили. Все поплыло перед глазами.

Они провернули все очень быстро. Сол засунул обмякшее тело Паркера обратно в машину, скользнул на сиденье с ним и влился в поток машин, прежде чем какой-нибудь любопытный автомобилист успел остановиться рядом. Эрика следовала за ним на “тойоте”, Крис вел “пинто”. Вскоре они разделились, и каждый поехал своей дорогой. Убедившись, что за ними нет слежки, они взяли направление на юг и встретились в коттедже.