Марк Олден - Власть

Оменс сказал Тодду:

– Твой отец не хотел, чтобы я говорил тебе много пи телефону. Как раз сейчас он сделался подозрительным. Но я не обвиняю его в этом. Но как я уже сказал, он в порядке. Сенатор Карекио сейчас добивается, чтобы его освободили, чтобы ты не беспокоился и продолжал действовать согласно плану. Он также передал, чтобы вы поддерживали со мной связь. Если копы не отпустят его через два дня, то вы, ребята, должны будете вернуться в Нью-Йорк. Он считает, что вам слишком опасно здесь оставаться.

Оменс ждал, что Тодд разгорячится, начнет уверять, что никуда не уедет без отца, будет спрашивать, что делать дальше. Однако последовало совсем другое. Тодд внимательно смотрел на Оменса несколько секунд, затем кивнул. Так поступить мог только хорошо контролирующий себя человек. Парень определенно умел держать себя в руках. Зачем же тогда Фрэнк предупредил его? Не говори с Тоддом свысока. Он не такой, как все мальчишки, совсем не такой.

– Я хочу поблагодарить вас за помощь, – сказал Тодд. – И я очень вам признателен за то, что вы навестили моего отца в полицейском управлении.

Оменс улыбнулся.

– Фрэнк мне сказал, что ты смышленый парень. Ты прав. Встречаться с твоим отцом сейчас довольно рискованно, тем более, если собираешься вскоре выйти в отставку и получать полную пенсию. Я сказал своему начальству, что Фрэнк хочет найти доказательство сотрудничества Линь Пао и Нельсона Берлина, и что он собирается поделиться с нами своими находками. Поэтому они не слишком меня бранили за то, что я с ним встречался. Но рано или поздно я должен буду представить что-то своим людям.

Тодд сказал:

– Сегодня мы встретимся с человеком, обладающим информацией, о которой вам говорил отец.

Оменс неторопливо закурил сигарету.

– Когда и где?

– Мы не знаем, – ответил Бенджи. – Этот парень хочет сам выбрать место и время. Он боится. Никому не доверяет. Говорит, либо встреча состоится на его условиях, либо вообще не состоится.

Оменс затянулся, выдохнул дым и сказал Тодду:

– Я думаю, вам лучше подумать над тем, как уехать отсюда без Фрэнка. Конечно, в конце концов, его отпустят, но я не рассчитываю, что это произойдет в ближайшее время. В дело вмешалось филиппинское правительство. Мне пришлось использовать кое-какие связи, чтобы встретиться и поговорить с Фрэнком. Остальное я узнал, наведя справки.

Оменс сказал, что правительство не хочет, чтобы иностранные корпорации отвернулись от Филиппин, и поэтому ведет собственную игру. Фрэнку не позволят причинить беспокойство транснациональным компаниям. Мартин Мэки пытался, да не получилось. Приятель Мэки, мистер ДиПалма, тоже, скорее всего, потерпит фиаско.

Тодд сказал:

– Я уверен, что именно поэтому никак не могут найти старшего коридорного отеля.

Оменс едва не выронил сигарету.

– Как ты узнал об этом? Это большой, большой секрет. Правительство спрятало Федерико Лорела, чтобы он не подкрепил версию Фрэнка. Оно не желает, чтобы упоминалась Триада, Линь Пао или другое, что может вывести на Нельсона Берлина. Как, черт побери, ты узнал о Лореле?

Тодд спросил:

– Вы разговаривали с уцелевшим китайцем, который ворвался в номер моего отца?

Оменс улыбнулся и покачал головой.

– Парень, ты никогда не думал о том, чтобы работать в нашем ведомстве, скажем, в отделе разведки? Этот китаец, которого Фрэнк огрел по котелку своей тростью, кажется, исчез из больницы. Его там и не зарегистрировали. И никто об этом не знает. В газетах и по телевидению сообщалось только о двух грабителях. О двух, а не о трех.

Тодд взглянул на Бенджи.

– Лорел скажет то, что ему велят сказать власти. Мы получим информацию о Линь Пао и Берлине, и тогда мнение властей не будет иметь значения.

Бенджи кивнул.

Действительно, необычный парень, подумал Оменс.

Послышался стук в дверь. Оменс видел, как Бенджи и Тодд обменялись взглядами, затем Бенджи подошел к белой кожаной софе и сел, положив руку за одну из подушек, Оменсу стало не по себе. Боже, пришла моя очередь участвовать в гостиничной перестрелке. Потом Тодд посмотрел на Бенджи и покачал головой. Бенджи расслабился, положил руки на колени и стал их разглядывать.

Оменс увидел, что Тодд прошел в прихожую, услышал звук открывающихся дверей. Потом двери закрылись, и через мгновение Тодд вернулся с белым конвертом в руке. Вскрыв его, он достал небольшой листок бумаги, прочитал, что на нем написано, и взглянул на Бенджи. Тот кивнул. Оменс не заметил, чтобы они обменялись какими-то знаками. Тодд положил лист обратно в конверт, а конверт в карман рубашки.