Бен Кей - Инстинкт

Хушманд принялся развязывать узлы, знаком попросив Бехнама помочь. Пропустив веревку через отверстия, они приподняли брезент. В открывшемся прогале виднелся тусклый металл. Тень от брезента скрадывала форму лежащих там предметов, но Бехнам узнал их тотчас. Он взял в руки одну из винтовок, поднес ее к свету и широко улыбнулся.

— Да ты привез икс-эм двадцать девять?

Хушманд кивнул. Он знал цену своего груза. По сравнению с автоматно-гранатометным комплексом ХМ29 OICW, [2] ХМ29 OICW (Objective Individual Combat Weapon) — автоматно-гранатометный комплекс, производимый в США и включающий штурмовую автоматическую винтовку, самозарядный гранатомет и модуль управления огнем. Работа над этим оружием продолжается. снабженным системой компьютерного управления огнем, лазерным дальномером и телескопическим прицелом, Калашниковы скорее напоминали игрушечные пугачи. Теперь их подготовка пойдет на совершенно другом уровне, и следующую акцию отряд предпримет уже через считаные недели.

Бехнам посмотрел в прицел и снова перевел взгляд на джип.

— Ну, что там еще?

Под винтовками лежали четыре больших мешка, набитых до отказа.

— Чего только нет, — ответил Хушманд, дергая язычки молний. — Рации, горючее, героин, патроны, паспорта, ну и конечно… — сунув руку в один из мешков, он вытащил несколько синих коробок, — «Крафт-мак-энд-чиз». [3] Крафт-мас-энд-чиз (Kraft Macaroni and Cheese) — макароны с сыром, полуфабрикат, продукт быстрого приготовления канадской фирмы «Крафт».

Бехнам улыбнулся.

— Знаешь, брат, что я тебе скажу? Неверных я ненавижу, но это дерьмо они делать умеют. Ладно, давай за работу — разгрузим и отнесем все командиру.

Хушманд кивнул и вынул из кармана небольшой коричневый конверт.

— Вот еще, это ему с базы.

Прихватив с собой столько привезенного добра, сколько могли унести, они протиснулись между стеной и радиатором джипа и двинулись по туннелю. Первоначально эти пещеры были невелики — проникали в толщу скалы метров на двадцать, не больше, но их упорно углубляли и расширяли, сначала — во время вторжения русских — афганские моджахеды, а позже нынешние обитатели, и теперь их глубина приближалась к семидесяти метрам.

Сказать, что условия для жизни в пещерах были недостаточно хороши, — значит превознести до небес эти мрачные каменные коридоры, в которых редкие пятна света падали на грубые стены, исписанные изречениями из Корана. Мебель сводилась к настилам из грязных гнилых досок, положенных на шлаковые блоки. Но удобства здесь считались не главным делом: пока пещеры служили тайным укрытием и надежным местом хранения оружия и боеприпасов, они вполне выполняли свое назначение.

Даже жилище предводителя этого отряда Абдаллы Фараджа Джувея можно было в лучшем случае назвать предельно скромным. Тощий засаленный тюфяк и куча тряпья, выполняющая роль комковатой подушки, — вот и все, что служило признаком его начальственного статуса. Именно сюда и направлялись Хушманд с Бехнамом, приветствуя по пути еще полтора десятка бойцов, обитавших в пещере.

Кто-то силился прожевать кусок жилистой баранины, другие подремывали или обсуждали достоинства и недостатки различных видов оружия. Все они были примерно того же возраста, что Хушманд и Бехнам, и провели лучшие годы в затхлой атмосфере пещеры, отчего их изможденные лица приобрели стойкий землистый оттенок.

Наконец Хушманд и Бехнам достигли жилища Абдаллы, отделенного от главного коридора простыней, свисавшей с потолка на гнутых гвоздях. Бехнам хрипло откашлялся и подождал, пока им разрешат войти.

— Можно, — раздался голос Абдаллы.

Сдвинув простыню, они увидели, что командир сидит у дальней стены и пытается настроить приемник, антенный кабель которого тянулся ко входу в пещеру. Это был крупный мужчина, одновременно грузный и мускулистый, с крючковатым носом и темными глазами, почти неразличимыми за дряблыми набрякшими веками. Обширная борода закрывала шею и верхнюю часть куртки цвета хаки, наброшенной на плечи поверх грязно-белого чапана. Ни один из его людей никогда не слышал, чтобы Абдалла смеялся: все жили в постоянном страхе перед жестоким и своенравным предводителем.

Коротким взмахом руки Абдалла разрешил им войти, при этом его глаза едва заметно расширились: как же, прибыли новые игрушки.

Молча, одним лишь полным нетерпения взглядом, он велел Хушманду сложить ношу к его ногам. Пока командир перебирал винтовки, с удовольствием ощущая их тяжесть в руках, Хушманд, запинаясь от робости, давал отчет о содержимом джипа, стараясь в первую очередь упомянуть самое важное — оружие.