Стюарт Вудс - Возмездие

— Ну, а если он работает по своей инициативе? Может, он решил, что его простят и примут назад, если он вернется не с пустыми руками?

— По нашей информации, газета прислала сюда репортера. Так что тут не все сходится, — Бо подумал, что тут-то как раз все может и сойтись, но ему необходимо было вырваться из угла, в который его загнал Сазерленд.

Старик ударил ладонью по обитой кожей крышке стола.

— Почему, черт побери, им охота ворошить старое? Ведь прошло двадцать пять лет!

— Да, конечно, — согласился Бо. — Но сами посудите, что такого страшного можно найти через столько лет?

— Почти двадцать пять лет, черт побери! — повторил Сазерленд и откинулся в кресле.

— Послушайте, Эрик, не надо так волноваться, — Бо говорил как можно спокойнее. — Я слежу за Хауэллом. И пока тревожиться не следует.

Это была неправда, но Бо не хотел волновать старика. Встревоженный Сазерленд мог стать опасным.

— Доверьтесь мне, я справлюсь, обещаю, — у Бо были свои причины успокаивать Сазерленда.

Да и вообще, Хауэлл, возможно, спас ему жизнь во время налета, и Бо проникся к нему симпатией…

— Не следует на него слишком давить, — еще раз сказал Скалли.

— Я жалею, что положил тогда деньги в банк. Это до сих пор не дает мне покоя.

— Ничего разумнее в сложившихся обстоятельствах сделать было нельзя, — возразил Бо. — Вы подстраховались. Если бы вы этого не сделали, могли быть серьезные осложнения.

Сазерленд откинулся в кресле еще дальше.

— Ладно. Не спускай с него глаз. Если будет хоть малейший намек на то, что он здесь разнюхивает, я хочу знать об этом. Слышишь?

— Конечно. Эрик. Положитесь на меня.

Рубаха Бо прилипла к телу, когда спустя несколько минут он выходил из дома. Он должен ублажать Сазерленда, у того нет близких родственников, а стало быть, — и наследников. Может быть, ему, Бо, кое-что перепадет… а может быть, даже все?! Старик довольно часто заговаривал на эту тему. Джон Хауэлл, возможно, доставит им неприятности… а возможно, и нет. Бо решил, что сейчас разумнее выждать. Он так и не понял намерений Сазерленда относительно Хауэлла, а спросить побоялся. Лучше не знать.

Выходя, Бо взглянул на часы. На дорогу оставалось четыре минуты. Сазерленд задержал его… Шериф погнал машину в южную часть городка и остановился у телефонной будки на автостоянке у магазина Минни Уилсон. Когда он вошел в будку, телефон уже звонил. Бо снял трубку.

— Да?

— Это вы?

— Да. Я получил телетайпное сообщение.

— Ради Бога, не говорите об этом по телефону!

— Прошу прощения. Как у нас дела?

— Для вас будет большая партия.

— Когда?

— Довольно скоро. Она сейчас на юге. Может, поступит через несколько недель. Чтобы собрать побольше, нужно время.

— Если партия большая, значит, и мой довесок будет немалым, так?

— Не жадничайте, приятель! Вы неплохо получали, не правда ли?

— Не жалуюсь.

— Думаю, я смогу договориться о семидесяти пяти… может быть, о восьмидесяти. Доверьте мне вести переговоры.

— Вы всегда блюли мои интересы, я вам верю.

— О’кей. Я хочу предупредить вас, как это будет выглядеть. Мы устроим тренировочную операцию. Транспорта будет больше, чем обычно.

— Здесь не слишком много места, вы же знаете.

— Наш человек побывал там и сказал, что справится. Я ему верю.

— Если вас устраивает, то и меня тоже.

— Хорошо. Расписание получите обычным путем. Если будут серьезные осложнения, возможна задержка, но если вы пришлете подтверждение, то мы начнем. Я полагаюсь на вас. Вы должны позаботиться о том, чтобы все прошло без сучка, без задоринки.

— У меня не бывает осложнений. Я все обеспечу, кроме привоза и вывоза. Это забота ваших людей.

— Договорились. Я с вами свяжусь.

Бо повесил трубку и прислонился к стенке кабины. Семьдесят пять или восемьдесят… Даже удивительно, теперь ему это показалось не такой уж огромной цифрой. Но на самом деле это совсем недурно за несколько часов работы. Он направился к машине.

Два дня Хауэлл был инвалидом. Скотти приходила к нему, массировала спину и следила за тем, чтобы он поел, но, судя по всему, не очень-то верила, что Хауэллу действительно больно. На самом же деле ему было еще хуже, чем могло показаться со стороны. Он мог продержаться на ногах минуты две, не больше, а потом ноги сводило судорогой, и приходилось садиться на стул или ложиться на кровать. Сидя или лежа боль терпеть еще можно было, да и то, в основном, благодаря обезболивающим таблеткам, которые дал ему доктор. Хауэлл принимал их вместе с лошадиными дозами виски «Джек Дэниелс».