Стюарт Вудс - Возмездие

Хауэлл проследил за ее взглядом и вспомнил, что он стоит в одних трусах.

— О, простите, ради Бога! Я заходил в воду.

— Пустяки, — отозвался рулевой, — куда вас отбуксировать?

Хауэлл показал на далекую бухту.

— Туда.

Через несколько минут он уже поставил лодку к небольшому причалу перед домом. И даже успел надеть брюки.

— Безмерно благодарен за помощь. Я Джон Хауэлл.

— А я Джек Робертс, — представился рулевой. — Это Элен Смит, а сзади сидят Гарри и Джойс Мартин. Мы гостим у наших друзей по ту сторону озера.

— Привет, — кивнул всем Джон.

— Ваша лодка похожа на нашу? — спросила Джойс — молодая блондинка, сидевшая на заднем сиденье. Она была слепой. Хауэлл подумал, что за последнюю неделю он встретил больше слепых людей и собак, чем за целый год.

— Да, почти такая же. Не хотите ли выпить? Больше я, похоже, ничем не могу вас отблагодарить за возвращение к своим штанам.

— Мы торопимся в город, чтобы захватить кое-какие вещи, — объяснил Джек. — А завтра возвращаемся домой. Так что, может, через год заскочим.

— В любом случае, большое спасибо.

— Пустяки, — откликнулся Джек и, оттолкнув свою лодку от причала, завел мотор. Пассажиры удаляющейся лодки махали Хауэллу руками. Тот проводил их взглядом, затем перелил содержимое пятигаллонной канистры в один из баков лодки и подумал, что надо бы не забыть наполнить второй, как только он поедет в город.

Скотти явилась к нему в семь, она явно только что помылась, влезла в тесные джинсы и нарядилась в шелковую блузку.

— Я была права, — воскликнула она. — Побрившись и зачесав волосы так, что не видно лысину, ты выглядишь вдвое лучше.

— Сегодня мы отправляемся на лодке ужинать к Тейлору, и если ты не изменишь своего поведения, — прервал ее Хауэлл, — то назад будешь добираться вплавь.

Она подняла руки вверх:

— Все, все, сдаюсь. И рубашка тоже великолепная; ты выглядишь на двадцать… ну, на десять лет моложе.

Вскоре они неслись в лодке по освещенному предзакатным солнцем озеру. Ветер, трепавший их одежду, был свеж и прохладен, а вода к вечеру стала темно-синей. У Тейлора они привязали свою лодку рядом с той, что спасла Джона сегодня днем. Он рассказал Скотти о случившемся.

— Запомни, Джон. Всякий раз, выходя из дома, надевай брюки. Разве твоя мама тебе об этом не говорила? Боже, какая жалость, что я этого не видела! Пулитцеровский лауреат в одних трусах!

Две пары на балконе ждали, пока освободится столик, и Хауэлл представил им Скотти.

— Черт побери, — заметил он, — я совсем забыл, что в этом заведении сухой закон. Может, заскочим ко мне после ужина и пропустим по рюмочке на сон грядущий?

За длинным, покрытым клеенкой столом они съели жареную курицу и сома, выпили по порции персикового напитка со льдом и запили все это охлажденным чаем. В зале было полно семей с детьми и парочек, и все уплетали за обе щеки. Хауэлл и Скотти сидели напротив незрячей Джойс, у которой вспышки смеха и болтовни чередовались с периодами задумчивого молчания, наступавшего, когда Скотти произносила несколько фраз. Гарри, муж Джойс, кажется, тоже это заметил.

— Мы с вами раньше не встречались? — спросил он.

— Не думаю, — ответил Хауэлл, а Скотти отрицательно покачала головой.

— Похоже вы кажетесь Джойс… знакомыми.

— Со мной иногда такое бывает, — вступила в разговор Джойс. — Наверное, мы имеем дело с чем-то невидимым. А может быть, похожих голосов попросту больше, чем похожих лиц, кто знает? Скажите, никто из вас не медиум?

— Нет, — ответила Скотти.

Хауэлл после паузы задал встречный вопрос:

— А почему вы об этом спросили?

— Мне кажется, что хотя бы один из вас — медиум. Я сама — медиум и порой чувствую это в других людях, — объяснила Джойс. — Если вы медиум, не надо этого бояться. Это совершенно естественная вещь.

— Я вижу иногда какие-то вспышки, но, может быть, это не то?

— Думаю, то самое, — ответила Джойс.

После ужина лодки помчались почти борт к борту по тихому озеру, при свете молодого месяца рассекая зеркальную гладь. С наступлением темноты становилось прохладнее и Скотти прижалась к Хауэллу. Он обнял ее за плечи и через тонкую блузку почувствовал, что девушку знобит. Когда они отплывали, было так тепло, что обоим не пришло в голову захватить свитера.

Они причалили перед домиком Хауэлла и подождали, пока высадятся две другие пары. Тишину вечера нарушали только цикады. Войдя в помещение, Хауэлл принялся разжигать камин, а Скотти занялась кофе.