Шарлотта Линк - Эхо вины

Ну что же такое с ней стряслось?

Вирджиния не знала, сколько времени она так лежала и плакала. За окном внезапно послышался шум приближающегося автомобиля. Похоже, вернулся Натан. Она быстро села на кровати, вскрикнув при этом от боли – в ее черепной коробке ворочались железные спицы, пронзая мозг в разных местах. Вирджиния лихорадочно приглаживала волосы руками, но она знала, что все это бесполезно – свое ужасное состояние ей скрыть не удастся. В этот момент она выглядела, должно быть, чудовищно.

Натан вошел в дом через кухню. В этот раз он не стал вежливо стучать у парадного входа, а прошел сразу, запросто, как свой человек, и тут же направился в гостиную. Спокойный, уверенный в себе, он выглядел весьма неплохо.

«Одно из трех, – подумала Вирджиния, – либо Ливии стало лучше, либо ему все равно, в каком она состоянии, либо он вообще не был сегодня у жены».

– И вы сидите тут, взаперти?! – изумленно воскликнул Натан. – Такой великолепный вечер, а вы…

Он умолк. В полумраке комнаты Натан не мог отчетливо видеть лица женщины, но сразу почувствовал что-то неладное.

– Вирджиния!

Она с удивлением отметила про себя, что в его голосе звучат нотки тревоги. Можно подумать, он действительно озабочен ее состоянием, ее проблемами.

– Что случилось, Вирджиния? Вам нехорошо?

Натан вонзил в нее изучающий взгляд.

– Вы плакали, – произнес он твердо.

Вирджиния терла глаза, несмотря на то что скрыть свое состояние ей уже не удавалось.

– У меня был жуткий приступ головной боли, – тихо сказала она.

– Мигрень?

– Да. У меня это бывает. И я – вот дурочка – снова приняла таблетку, когда было уже поздно. А ведь в этом деле счет порой идет на секунды.

Она изобразила на лице жалкое подобие улыбки. Натан глядел на нее с озабоченным видом.

– И часто у вас случаются такие боли?

– Как правило, на смену погоды. Завтра обещали похолодание. Может быть, это одна из причин.

– Может быть, – повторил Натан, явно не удовлетворенный таким объяснением. – Так вы разговаривали с мужем?

– Голова у меня болит вовсе не из-за этого. Мой муж тут ни при чем.

– А боли начинаются у вас снизу, с затылка?

– Да.

– Вы позволите?

Не дожидаясь ответа, Натан шагнул к дивану, встал сбоку и начал массировать Вирджинии затылок и воротниковую зону. Его сильные руки с загрубевшей кожей касались ее шеи умело и нежно. Моментально угадывая точки, которые нужно было размять, Натан надавливал на них интенсивными, но бережными движениями. Иногда ей было немного больно, но ни разу – невыносимо. Постепенно измученные спазмами мышцы Вирджинии обмякли, по ее телу стало разливаться приятное тепло.

– Вы где-то учились делать массаж? – спросила она.

– Нет. Я всего лишь доверяю своей интуиции. Ваши боли утихли хоть немного?

– Да. Мне намного лучше, – кивнула потрясенная Вирджиния.

Он продолжал разминать ей шею.

– Кажется, ваши мышцы согрелись. Отчего они у вас так напряглись, Вирджиния? Из-за чего вас всю просто скрючило судорогами?

– Говорю вам, из-за перемены погоды.

За спиной Вирджинии раздался недоверчивый смешок.

– Погода решила поменяться весьма кстати, не правда ли?

Тут он надавил ей на шею так сильно, что женщина вскрикнула.

– Ай! Больно!

– Это самая проблемная точка, – заявил Натан. – Настоящая причина ваших слез. Я нашел ее.

Теперь его рука нежно гладила то самое место, которое явилось источником пронзительной боли. Вирджиния ощутила, как по ее коже побежали мурашки: они подбирались к горлу, плясали по спине, а потом лихо скатывались с позвоночника, будто с горы. Внутри нее как будто бы распался громадный перетянутый узел, и это было не просто расслабление мышц… Нечто другое… неописуемое…

К собственному ужасу Вирджиния вдруг снова расплакалась, слезы хлынули у нее из глаз горячим неудержимым потоком.

«О боже, нет! – содрогаясь, думала она. – Только не сейчас!»

Но сдерживать слезы было уже бесполезно. Они лились у нее из глаз бешеным водопадом – словно весенним паводком прорвало дамбу и всепоглощающая волна неслась, не подчиняясь никаким на свете силам. Вирджиния с рыданиями упала на диван и свернулась в клубок. Натан прильнул к женщине и стиснул ее в объятиях.

– Все в порядке, – бормотал он успокаивающе. – Все хорошо. Плачьте, Вирджиния. Плачьте, сколько вам хочется. Вы так давно не плакали, верно? Очень давно.

Он мягко гладил ее по голове. В этот момент в нем чувствовалась колоссальная сила, и в то же время – ошеломляющая нежность.