Уилл Эллиот - Цирк семьи Пайло

— И мы сожжем этот дом? — спросил Уинстон.

Джи-Джи почувствовал, что его голос прозвучал слишком резко. Он был возмущен, но старался не выдавать этого. Джи-Джи чихнул.

— Мы сделаем это, Уинстон, — бодро сказал Гонко. — Мы предадим этот дом огню. Он находится в трех кварталах отсюда, шагайте живее, говнюки.

Клоуны подошли к дому, стоящему в конце холмистой улицы. Это был двухэтажный дом, наполовину кирпичный, наполовину деревянный. Во дворе росло манговое дерево, крона которого скрыла их от уличного света. Гонко порылся в карманах и вытащил маленькую стеклянную бутылку с бензином. Затем достал еще полдесятка бутылочек и раздал их клоунам. Уинстон помрачнел, а Джи-Джи испытывал большой соблазн спровоцировать его на какой-нибудь эмоциональный взрыв. Он встал рядом и сказал:

— Я боюсь, Уинстон. Никогда не зажаривал младенцев, я…

Глаза Уинстона вспыхнули таким недобрым светом, какого Джи-Джи раньше не видел. Он ускорил шаг, почувствовав, что его могут ударить, и замолк.

— На счет три, — сказал Гонко. — Три. Вперед! — Гонко подбежал к дому сбоку, перепрыгнув через забор.

Из тени, яростно рыча, показалась немецкая овчарка. Ударом ноги Гонко заставил ее голову дернуться, шея овчарки с треском переломилась. Гонко плескал бензин на стену дома, доставая все новые бутылочки из карманов. Дупи побежал к другой стороне дома, сделав то же самое. Гоши смотрел на свою бутылочку, застыв на месте. Джи-Джи вылил бензин на порог, переживая выброс адреналина. Он едва сдерживал желание вопить и смеяться. Гонко скрылся под домом, обливая бензином опоры.

Уинстон бросил бутылку в дом. Она попала в окно, со звонким грохотом разбив стекло.

— Кто это так бросил? — спросил Гонко, вынырнув из-под дома.

— Это я. Прости, Гонко, — признался Уинстон.

— Надеюсь, это не разбудит их, — сказал Гонко, вытирая руки о штаны. — А, ладно, это не моя проблема. Возвращаемся в лифт. Бегом, бегом, бегом!

Клоуны помчались назад по темным улицам. Их топот по мостовой вызывал многоголосый лай собак по соседству. Позади распространялось оранжевое пламя. Джи-Джи задержался в начале улицы, чтобы полюбоваться языками пламени, охватывающими дом. «Я сделал это», — подумал он, испытывая удовольствие оттого, что в нем разливается ощущение собственной силы. Джи-Джи вдруг показалось, что ему, стоящему на сцене, аплодирует огромная толпа, хваля и скандируя его имя… А может, это шиканье, засомневался он, что означал этот шум? Он замер в ожидании, напыжившись и смеясь маниакальным смехом. Он был на верху блаженства.

Уинстон остановился чуть впереди, чтобы перевести дыхание. Джи-Джи прошел мимо и подарил ему сияющую улыбку. Старый клоун смотрел прямо перед собой, из его глаз катились слезы.

«Ты свое получишь, — подумал Джи-Джи, и дрожь пробежала по его спине. — Получишь на самом деле. Уже скоро».

Вернувшись к строительной площадке, они перемахнули через забор и побежали к лифту в то время, как завыли первые сирены пожарных машин. Гоши задержался в дверях, глядя вдаль, словно услышал плач родной души.

— Пойдем, Гоши! — позвал Дупи, указывая на дверь переносного туалета.

Гоши сделал полный поворот и с ребяческим возбуждением на лице издал глухой свист. Он бросил на брата бессмысленный взгляд и указал пальцем через плечо, когда завыли новые сирены с другой стороны.

— Знаю, Гоши, — сказал Дупи, держа брата за плечи и глядя ему в глаза. — Я слышал это, действительно слышал!

Пока лифт спускался, Джи-Джи неловко поеживался, и наконец не мог больше терпеть.

— С какой чертовой планеты явились вы двое?! — крикнул он.

Дупи и Гоши промолчали в ответ.

Клоуны завершили выполнение других заданий в Сиднее. Гонко установил рукоятку лифта на отметку «Город-2», заставив его двигаться с креном в течение семи минут. Когда лифт остановился, они очутились на другой строительной площадке в городе, где воздух был более прохладный и загрязненный. Клоуны начали с избиения прохожего, возвращавшегося домой. Это был посетитель ночного клуба с криминальными связями. Они яростно напали на него. Силуэты клоунов, бьющих и пинающих скорчившуюся фигуру в темноте на обочине дороги, высвечивались фарами проезжавших машин. Согласно пророчеству предсказательницы, это избиение станет началом большой гангстерской войны, которая завершится открытой перестрелкой, подрывами автомобилей и стрельбой по мирным гражданам. Джи-Джи спросил, для чего Джордж добивался начала гангстерской войны, но Гонко пожал плечами и предупредил, чтобы он не задавал больше таких вопросов, поскольку Джордж, вероятно, следит за выполнением своих приказов.