Урс Маннхарт - Рысь

Однако в вопросе о том, как Тито будет представлен на странице, мнения исследователей разошлись. Ник Штальдер долго противился предложению Пауля Хильтбруннера все время показывать на карте местонахождение самца. Поскольку справедливо опасался, что браконьеры используют эту информацию для охоты на Тито. В итоге договорились, что местонахождение будет указываться лишь приблизительно и, по меньшей мере, через пять дней после пеленгации. Такие данные браконьерам не помогут.

Лену этот сайт казался симпатичной страничкой. Благодаря ему Тито мог объявиться в далеких и теплых гостиных, мог охотиться, подстерегать, валять дурака, метить территорию — но пока не мог спариваться. До половой зрелости ему оставался еще год. А сколько времени оставалось до того, как Лен найдет его? Он выехал из Адельбодена в направлении Энгстлигенальпа и направился к сизоватому, ниспадающему в долину Энгстлигенскому водопаду. Ему гораздо больше хотелось странствовать пешком, в тяжеловесных горных ботинках, к которым уже привыкли ноги. После пеленгования прислониться к поленнице у еще не заселенной альпийской хижины, скинуть с себя ботинки и куртку, щуриться на солнце и слушать, как каплет сквозь прорехи в крыше тающий снег — энергично и с неравными интервалами, как настоящий джаз, а спустя некоторое время, когда уже поднадоест слушать капель, медленно заполнить бланк. И несмотря на длительные паузы успеть запеленговать еще одну рысь — Милу или Раю. Или просидеть часок в отеле у Лауэненского озера, болтая с Райнером Вакернагелем — симпатичным, пусть и немного прилизанным, роскошно одетым словохотом. Вакернагель чрезвычайно интересовался всем, что было связано с рысями, и наверняка снова с воодушевлением принялся бы рассказывать о своих планах проложить за отелем, в Верхнем Луимосе, Рысью тропу. Дорожку с деревянными фигурами рысей, по которой можно было бы гулять даже в инвалидной коляске.

У подножья покрытого снегом Энгстлигенальпа, на гравийной площадке перед нижней станцией фуникулера, Лен по-прежнему не улавливал сигнала. Разочарованно взглянув на ползшее по небу облако, он прислушался к Энгстлигенскому водопаду, глухо и необычно грохочащему в незримой глубине. Принялся отчаянно изучать карту. Подумал, не позвонить ли еще раз Геллерту, и не стал. Геллерт и Штальдер, конечно же, скажут, что все в порядке. Скажут, что иногда приходится возвращаться, не поймав ни единого сигнала, а Тито вообще трудно отыскать, поэтому тут нет ничего страшного. Но они скажут это так, что сразу поймешь обратное.

Лен взглянул на соседнее сиденье, где на стопке бланков, рядом с фотоаппаратом лежала сплюснутая картонка от туалетной бумаги, на которой он пометил все частоты. Он выбрал эту картонку, потому что она без ущерба переносила в карманах брюк все странствия под снегом и дождем. С частотами он сегодня сверялся уже не раз. Все было правильно.

Если не считать нынешних блужданий, ему уже довольно хорошо удавалось определять местоположение хищника — с точностью до гектара. Ему везло: он уже воочию видел трех рысей. Эти моменты настолько впечатляли его на фоне обычного равнодушия, что искупали долгие часы за рулем с окоченевшими руками и ногами, когда он колесил по бесконечно извивающимся долинам, между заснеженными или влажными, уныло-серыми скалами, и не слышал ничего, кроме потрескиванья приемника.

Возможно, он выкладывался на этой работе так, как никогда раньше, потому что был один на один с самим собой. Отдыхать он себе позволял, лишь когда заканчивал одну пеленгацию и ясно понимал, что на следующую ему не хватит времени. По пути в Вайсенбах он как правило настраивал приемник на новый канал. И однажды поймал таким образом сигналы еще одной рыси. Им овладело непонятное волнение и, удивляясь своему честолюбию, он в конце дня отправился в очередное странствие, закончившееся безрезультатно, поскольку в наступающих сумерках рысь покинула свое дневное лежбище и с такой скоростью поспешила на охоту или к уже убитой жертве, что точная пеленгация была невозможна.

Но сегодня о второй рыси и речи быть не могло, сегодня ему не удавалось отыскать и первой. Четвертый час был уже на исходе. Лену стало обидно, что ему достался Тито, в то время как Скафиди получил Зико и Сабу, которые наверняка находились поблизости от удобного для пеленгаций Штокхорна и предавались зову природы на какой-нибудь солнечной полянке. В дурном настроении Лен выехал из Энгстлигентальской долины и направился обратно в Вайсенбах.