— Я хотела подарить что-нибудь оригинальное… — с грустной улыбкой пояснила Якубовская. — Там мои песни. Альбом называется «Дымок над твоим кофе». Глеб, очевидно, это и имел в виду. Только я не понимаю, какое отношение…
— Разберемся.
Туманов не позаботился о пароле на домашнем компьютере. Заходите, люди добрые, смотрите, что нравится! Не от кого паролиться честному человеку! Особенно когда хакеры свободно гуляют по просторам Сети. От них никакие пароли не спасут.
Рома вставил флешку-штопор в разъем и вывел на экран меню.
— Вот… — Виола ткнула пальцем в монитор, — это все мои песни… Погодите… А этого файла раньше не было…
— Видимо, это и есть дымок над вашим кофе.
Двойной щелчок мышки. Из динамика послышались неясные шумы, а затем голос Глеба отчетливо произнес:
«— Ну что, пишем?
— Ладно… Это заказ.
— Я догадался, что не несчастный случай… Если не секрет, кто заказчик? Так, факультативно.
— Жена его. Виолка…»
Рома дослушал разговор до конца, остановил воспроизведение и посмотрел на Якубовскую взглядом пристава, обнаружившего в шкафу у должника-алиментщика золотые слитки.
— Сдается мне, это и есть Леша-морпех. Вот почему Глеб взял убийство на себя… И вот почему сказал, что вам не надо больше бояться. Действительно, теперь бояться не стоит.
Виола же выглядела как упомянутый должник, обалдевший не меньше пристава.
— Но я… Я не заказывала Андрея! — Ее связки вот-вот готовы были сорваться на фальцет. — Это… Бред! Я первый раз слышу этот голос… Клянусь вам!!!
Связки не выдержали, она разрыдалась круче героинь мыльных сериалов.
Рома принес из кухни стакан нефильтрованной воды из-под крана и нетерпеливо ждал, поигрывая специально припасенными наручниками. «Зачем вы, девушки, супругов мочите? Одни страдания от тех мокрух…» Нарыдавшись вдоволь и сделав пару глотков, Виола вспомнила, что она не в общественном месте.
— У вас закурить нет?
— Не курю.
— Тогда посмотрите в серванте, внизу… Глеб обычно держал там запас. Нет, ниже… Спасибо. Зажигалка в верхнем ящике… И уберите наручники, я же сказала, что ни при чем.
— Не поверите, Виола, но так говорят практически все подозреваемые.
— Прекратите.
Прикурив, подозреваемая закашлялась, живописно, в форме сердечек, выплевывая сгустки сизого дыма.
— Вы не курите, да?
— Очень редко. Голос… Да и Андрей не разрешал. Извините.
— Но в таком случае вы вряд ли автоматически сунули бы зажигалку Глеба в свою сумку. У вас этого автоматизма попросту не могло быть… К тому же прикуривать от его зажигалочки не всякий сможет. Тут трехмесячные курсы требуются.
Рома показал пальцем на ресницы, намекая — мол, можно опалить.
— Так каким же образом она оказалась в вашей квартире? Да еще так вовремя?
— Не знаю… — устало ответила Виола, — я ничего уже не знаю…
— Да что тут знать? Раз не вы уронили, значит, ее подкинули, чтобы спровоцировать у мужа приступ жад… то есть — ревности. Да такой, чтобы услышали соседи. И чтобы соседи потом дали нужные показания. Если б вы действительно заказали супруга, вам бы такая реклама совсем ни к чему.
Рома убрал наручники.
— А Глеб этот момент не уловил… Либо уловил, но просто подстраховался. Потому что вот это, — он ткнул в экран компьютера, — перетянет все наши детские рассуждения про зажигалки. И попади флешка к кому-нибудь другому, а не к нему — он бы вам сейчас носил передачки, а не вы ему.
Не прошедший испытательного срока и профессионально сдеформированный Борис Дмитриевич Царев делал все возможное, чтобы семейные проблемы не влияли на службу. Но не получалось. В голове перманентно всплывали разговоры с Тамарой и Антоном. Может, и правда он видит в каждом оборотня? Да и как не видеть? Если уже на полицейской учебной скамье процветает коррупция! И чтобы чада стали борцами с преступностью, родители платят немалые взятки. И дети про это прекрасно знают. И понимают, что инвестиции придется отрабатывать! Как не видеть, если должности продаются за серьезные деньги, а даже мелкие начальники подразделений устраивают на юбилеи такие банкеты, которым позавидовал бы и «Газпром». Да что там «Газпром»? Не так давно милицейский пенсионер, трудившийся в упомянутой организации менеджером, восстановился в органах. Не без помощи Моржова. И теперь возглавлял территориальное подразделение. Наверно, блин, из-за любви к профессии.
Читать дальше