Он вырвал из толстого справочника страницу с залоговыми конторами и взялся за телефон. Первой значилась фирма «А. А. А. Bail Bonds», предлагавшая круглосуточные услуги. Однако, позвонив туда, Дизель наткнулся на автоответчик. Ему предлагали оставить свой номер.
Объявление следующего поручителя, по фамилии Байрон, сообщало, что он работает на всех уровнях, от окружного до федерального, и все 365 дней в году ни на минуту не смыкает глаз. Мужской голос ответил сразу.
— «Байронс Бейл», Байрон слушает. Чем могу вам помочь?
— В общем, так… — начал Дизель. — Мне надо внести залог за моего дружка. Его арестовали здесь, в Портленде.
— По какому обвинению?
— Точно не знаю. Что-то с кредитными карточками.
— Это может быть и мелкое и крупное правонарушение.
— Скорее крупное.
— Деньги у вас есть?
— Золотая карта «Ситибэнк Виза».
— Годится. Как зовут вашего приятеля?
— Эээ… Маккейн.
— А имя?
— Я не знаю…
— Не знаете, как зовут приятеля?
— Я знаю его кличку, — ответил Дизель, добавив про себя: «Так я тебе и сказал, что зову его Бешеный Пес!»
— Ладно, Маккейн так Маккейн. Не такая уж распространенная фамилия. Вы знаете, где он сидит?
— Понятия не имею.
— Ничего, я сам выясню. Когда его арестовали?
— Скорее всего, в пятницу.
— Деньги привезете сюда?
— Конечно. Только скажите, как к вам доехать. Я не знаю Портленда.
— Где вы находитесь?
— Мотель «Тревел Лодж» на Пятой Федеральной.
— Понял. Вернетесь на трассу, на развязке поедете на север и съедете с шоссе на первом же выезде… — Байрон подробно растолковал, как доехать, хотя трудности маршрут не представлял: всего один поворот после съезда с трассы.
Дизель расплатился за номер, сел и покатил. День был воскресный, погода унылая, движение слабое. Когда он свернул на улицу, застроенную двухэтажными кирпичными домами, снова пошел дождь. Фары выхватили из потемок припаркованный «ягуар». Через залитое дождем ветровое стекло Дизель разглядел в окне ближайшего дома маленькую неоновую вывеску «Byron's Bail Bonds».
Торопливо шагая к двери, он заметил буквы BAIL BND на номерной табличке «ягуара». Дорогой автомобиль сиял под уличным фонарем в каплях дождя. Залоговый бизнес приносит неплохой доход, но при условии, если ты способен выдавать людей и отправлять их за решетку. Сам Дизель мог убить, но вот стучать — нет. Если такими вещами занимается полицейский или простой обыватель, то это не донос, а часть игры. Другое дело — залоговый поручитель, у него промежуточное положение: наполовину обыватель, наполовину бандит.
Внутри он увидел исцарапанный письменный стол позади пустой стойки. Байрон говорил по телефону и писал в желтом блокноте. На столе громоздились бумаги и папки.
Дизель навалился на стойку. Он чувствовал сигарный дух. И верно, в пепельнице на столе чернели два сигарных окурка.
Байрон попрощался с собеседником и повесил трубку.
— Вы?..
— Я звонил насчет Маккейна.
— Да-да, я не спросил ваше имя.
— Чарльз Карсон. — Дизель достал бумажник и извлек золотой пластиковый прямоугольник, аналог как минимум пяти тысяч долларов. Деньги — наилучший способ представиться.
— Хорошо, мистер Карсон. Я навел справки. Ваш приятель сидит в тюрьме округа Малтнома по подозрению в нарушении Профессионального кодекса штата Орегон, раздел тысяча восемьсот пятьдесят три, подраздел «А» — в общем, это связано с кредитными картами. Внести залог на месте нельзя, но рекомендованная сумма — полторы тысячи. Я могу за полчаса раздобыть подписанное судебное распоряжение. Я уже нашел судью. Он дома, я говорил с его секретарем.
— Отлично. Вы знаете свое дело. Во что это обойдется?
— Триста пятьдесят — десять процентов от залога и страховка, которая возвращается, когда он предстает перед судом.
— Держите. — Дизель уже хотел отдать Байрону карточку, но спохватился. — После освобождения от поручительства деньги должны вернуться ко мне, а не к нему, понятно?
— Как вам будет угодно. — Байрон забрал карточку и взялся за телефон, чтобы проверить, годная ли она. — Присядьте, — предложил он.
Дизель сел и взял спортивный журнал со статьей о суде над Майком Тайсоном, обвиненным в изнасиловании. «Вот влип черномазый», — подумал Дизель скорее сочувственно, чем презрительно. Он не сомневался, что «жертва» мастерски провела этого лоха. Она отлично знала, как он поступит и что потом делать ей самой. Собственная сообразительность доставляла Дизелю удовольствие. Во многих отношениях он был необразован, зато людей с их уловками видел насквозь.
Читать дальше