Я обречённо уставилась на него.
– Ладно, ладно, я тебе верю, – усмехнулся он. – Такие чистые голубые глаза не могут врать. – Он повернулся, достал из бардачка телефон и протянул мне: – Держи. Теперь будем держать связь по нему. Назовём его дежурным телефоном. Отвечай, когда по нему звонят, иначе потом хлопот не оберёшься.
Но я даже не сделала попытки взять телефон и лишь ещё глубже засунула руки в карманы куртки.
– Я больше не собираюсь ничего для вас делать. Забудьте об этом. Плевала я на ваши угрозы. Катитесь к черту!
Мужчина бросил взгляд на свои наручные часы:
– Примерно через три четверти часа проснётся Алиса. По утрам у неё всегда плохое настроение. Потом она накрасится, сделает пару селфи, выложит их в Сеть и повеселеет. Завтракать она почти никогда не завтракает. Если её не подбросит до школы папа Эллы, то она пойдёт на автобусную остановку, которая находится как раз… – И мужчина указал на дальний конец улицы.
Я перебила его:
– Хватит! Я согласна. Но вы случайно не задавались вопросом, смогу ли я выпутаться из ситуации в следующий раз? И что будет с вами, если я попадусь?
Мужчина решительно впихнул телефон в мою ладонь:
– За нас не беспокойся. Лучше подумай о себе. – И с этим словами он поднял стекло и уехал.
Все последующие недели на мой дежурный телефон почти каждый день приходили сообщения. В основном это были короткие инструкции с указанием времени и места. Чаще всего речь шла о передаче небольших белых конвертов. Щупая их, я замечала, как под белой бумагой просвечивают какие-то пакетики с красными полосками, но что именно это было, не знала. Скорее всего, наркотики, что же ещё?
Как-то раз велели приехать на пустующую парковку возле коттеджного посёлка в Щисте. А однажды пришлось отвезти и бросить ключи от машины в почтовый ящик дома в Уппландс-Весбю. Дорога обратно заняла целую вечность. Я пропустила даже утреннюю встречу с клиентом, которую пришлось перенести на обед. Теперь меня частенько заносило в такие места, куда в обычной жизни я ни за что бы не сунулась. Только сейчас я вдруг начала осознавать, насколько большим был Стокгольм и сколько же в нём было мест, которые разительно отличались от Виикена, хотя порой находились на расстоянии всего нескольких станций метро. Это в очередной раз напомнило мне, как же хорошо жилось в Виикене и какой надёжной крепостью был мой дом.
Лишь в очень редких случаях я видела тех, кому доставляла посылки, чему была крайне рада. Последнее, о чём я мечтала, так это общение с наркоманами, грабителями и прочими жуткими личностями, растерявшими всё своё самоуважение. Чаще всего я забирала посылки в парке или в камерах хранения, чтобы потом опустить их в чей-нибудь почтовый ящик или повесить на ручку двери. Деньги, должно быть, шли другими путями. Во всяком случае, ни одной купюры я ни разу не видела. Каждая такая поездка требовала от меня колоссального напряжения. Казалось бы, ничего особенного – обычный конверт в кармане пальто. Но я понимала, что меня ждёт, если сцапают. Штраф, тюрьма, позор. Но пока что мне везло, и с полицией я больше не сталкивалась. Я почувствовала, что стала гораздо более наблюдательной и научилась замечать любую мелочь. Ни одна машина на улице не ускользала от моего внимания. Я подмечала людей в окнах кафе, покупателей за витринами магазинов, прохожих. При этом сама делала всё возможное, чтобы не привлекать к себе внимания. Если нужно было доставить посылку на адрес в Эстермальме во второй половине дня, то я ехала туда сразу же после работы, прямо в чём была. Если требовалось отвезти конверт рано утром, то я одевалась попроще и брала с собой пачку бесплатных газет, валявшихся на автобусной остановке, чтобы случайный прохожий принял меня за разносчика. Я старалась менять свою внешность, ездила разными видами транспорта и разными путями, чтобы вовремя добраться до очередного указанного места. Возможно, тот первый раз, когда полиция обнаружила меня под мостом, был чистой случайностью, но я страховалась от непредвиденного. Эти поездки жутко давили на нервы и отнимали много времени, но мне всё же удавалось держать ситуацию под контролем. Я старалась соответствовать задаче, быть сильной. Привыкала преодолевать препятствия. Идти против ветра. Труднее всего мне приходилось дома. Я постоянно ждала, что ты что-нибудь скажешь. Хорошо ещё, что на работе я была сама себе была начальницей. Могла назначать встречи, когда захочу, и работать допоздна, если потребуется.
Читать дальше