Том Вуд - Киллер

– Тебе нужна моя помощь?

Виктор кивнул.

– Значит, дело серьезное.

– Да.

– И что я могу сделать?

– Я хочу, чтобы ты сделал для меня несколько запросов.

– Я перестал работать на них раньше, чем ты. Я…

– Но ты ведь все еще имеешь связи с Конторой, верно?

Норимов рассеянно, почти машинально, кивнул.

– Это хорошо, – сказал Виктор.

– Так что конкретно тебе нужно?

Виктор полез рукой в пальто. Он делал это нарочито медленно, чтобы охранники не истолковали его движение превратно. Когда он вынул руку, в ней была флешка.

– Здесь есть файл. Мне нужно взломать шифр.

Виктор положил флешку на стол, и Норимов взял ее и внимательно рассмотрел.

– Где ты взял ее?

– У одного бывшего знакомого по работе.

Норимов поднял бровь.

– Расскажи мне, что случилось.

– В понедельник я исполнял заказ в Париже, в ходе которого я должен был получить эту флешку, чтобы потом передать ее. Но, когда я вернулся в свой отель, меня там поджидала целая команда убийц. И мне очень нужно знать, кто их послал.

Виктор счел благоразумным не упоминать о том, что его наниматель мог работать на ЦРУ.

– В Париже? Я читал об этом, но мне в голову не приходило, что это могло иметь отношение к тебе. Ты не из тех людей, что попадают в заголовки.

– В данном случае это было неизбежно.

Норимов подался вперед:

– Писали, что в этом отеле было убито восемь человек. Это ты?

– Моих было только семь. Еще один до этого и один после.

– Я думал, ты не считал.

Виктор посмотрел на Норимова.

– От иных привычек трудно избавиться.

Норимов покачал головой.

– Ну, форму ты, во всяком случае, не потерял.

Виктор не обратил внимания на его замечание.

– Всем, кто пытался меня убить, нужна была именно эта флешка. И на сегодня она – единственное, от чего я могу отталкиваться. Если имеющаяся на ней информация стоит того, чтобы из-за нее идти на убийства, мне нужно знать, что это за информация.

– А что это даст?

– Возможно, это поможет вычислить моих врагов. А возможно, и нет.

– Но зачем это тебе? Раньше ты никогда не думал о мести.

– Я и сейчас о ней не думаю, – ответил Виктор. – И никогда не буду думать.

– Тогда зачем?

– Затем, что они разыскали меня.

Норимов выдержал взгляд Виктора и кивнул.

– Я все еще знаю некоторых людей в Конторе, компьютерщиков, которые, возможно, сумеют тебе помочь.

– Спасибо.

– Но то, о чем ты просишь, крайне необычно. У людей могут возникнуть подозрения, они станут задавать вопросы.

– Тогда подкупи их. Я возмещу любые расходы.

Норимов внимательно посмотрел на Виктора:

– Здесь тебя все еще хотят убить, помнишь?

– Вряд ли я когда-нибудь забуду.

– И ты все же идешь на этот риск?

– Я же здесь, верно?

Норимов какое-то время взвешивал ответ Виктора.

– Я всегда считал, что для человека, который так тщательно заботится о том, чтобы остаться в живых, ты иногда действуешь так, словно ищешь смерти.

Виктор постарался ничем не выразить своей реакции на эти слова.

– Знаешь, меня уже спрашивали о тебе. Умер генерал, я думаю, это был Баранов. Самоубийство. Выстрелил себе в висок из собственного пистолета. Там думают, что это твоя работа. Говорят, тебя видели в России на прошлой неделе.

– Что ты им сказал?

– Что я не видел тебя четыре года.

– Они поверили?

– Как знать? Следователю я не понравился, могу сообщить тебе это бесплатно. Его фамилия Анискович. Я постарался ее запомнить. Похоже, восходящая звезда. Он выглядел самонадеянным, но умным. Он напомнил мне тебя, правда.

Норимов слегка улыбнулся.

– Он принес мне список трупов и спрашивал, кого из этих людей мог убить ты.

– И что ты сказал?

– Что, как я полагаю, ты мог бы убить всех их. Но я сказал также, что слышал, будто ты мертв, так что вряд ли мог это сделать. Тогда он показал мне фото и сказал, что оно было сделано недавно.

– А где?

– Не могу сказать. Не волнуйся, это была хорошая новость, – ухмыльнулся Норимов. – Анискович интересовался тобой только из-за Баранова, остальные его не интересовали. Он просто хотел выследить тебя по твоим прошлым делам.

– Он сказал тебе это?

– Ему это не понадобилось.

Виктор кивнул.

– Итак, это ты убил Баранова? – спросил Норимов.

Лицо Виктора не выразило ничего.

– Не помню.

Норимов стал серьезен.

– А они помнят, Василий.

– Тогда я постараюсь не делать ничего, что могло бы освежить их память.

– А подумал ты обо мне во всем этом деле? Я и так им не сильно нравлюсь. Что они, по-твоему, станут делать, если обнаружат, что я помогаю тебе.