Том Вуд - Киллер

Его укрытие располагалось в четырехстах с небольшим метрах от шале и выше его. Чтобы скрыть свой силуэт и сделать его практически невидимым, Мак-Клури выбрал место чуть ниже гребня заснеженного скального обнажения. Он лежал в своем укрытии уже почти сутки, все время наблюдая за домом в ожидании наилучших условий для выстрела. Ел и пил он, не поднимаясь, мочился в бутылку, испражнялся в пластиковый мешок. Он не мог следить за обоими входами одновременно и поэтому выбрал позицию так, чтобы был хорошо виден передний вход в шале, в расчете, что рано или поздно объект появится. Он должен был умереть через секунду после того, как выйдет из двери. Не повезло.

Вскоре после рассвета объект вышел через задний вход, и Мак-Клури сменил позицию так, чтобы застрелить его, когда он будет возвращаться. Через час он заметил, что объект опять в доме, и понял, что он вернулся через передний вход. Вышел в одну дверь, вошел в другую. Увертливый клиент, черт возьми.

Бегать туда-сюда, ожидая, когда он выйдет, больше не имело смысла. Мак-Клури выстрелил в голого сукина сына, когда тот стоял у окна, глядя на окрестности, но толстый деревянный переплет не давал возможности стрелять в голову и вынудил целиться в сердце, однако толстое бронестекло спасло парня. Было от чего с ума сойти.

Мак-Клури повесил винтовку на одно плечо, ранец – на другое, а на запястье – маленький мешок и взял помповое ружье Mossberg 12-го калибра с пистолетной рукояткой. Он намеревался подойти вплотную и на месте прикончить этого типа. Он не делал такого уже довольно давно, но теперь нужно было изменить образ действий.

Мак-Клури направился вниз по склону, хватаясь свободной рукой за деревья, чтобы замедлить спуск. Склон был крутым, коварным для тех, кто не знал его, но Мак-Клури справился с ним ловко.

Его глаза не отрывались от шале, в котором находилась его жертва.

В чувство Виктора привел грохот. Он сел и закряхтел. В груди была сильная боль, словно на нее давил тяжелый груз. Виктор несколько раз кашлянул. Его легкие были смяты. Он стонал, но заставил себя не обращать внимания на боль. Ему нужно было собраться с мыслями. С момента вспышки до удара пули прошло не меньше половины секунды. Чтобы пробить толстое бронестекло, требовалась мощная крупнокалиберная винтовка с начальной скоростью пули, вероятно, около девятисот метров в секунду. Это значило, что снайпер стрелял с расстояния около четырехсот пятидесяти метров от подножия холмов. Местность в этом направлении была трудной для спуска, и Виктору понадобилось бы не меньше десяти минут, чтобы в спешке одолеть это расстояние. И не так много людей могли бы сделать это быстрее.

Итого, шестьсот секунд.

Не так уж и много. Виктор взглянул на часы, чтобы понять, как долго он был в отключке, но не мог вспомнить, когда в него попала пуля. Он не сомневался, что его противник был один. Будь это команда, они бы не полагались на снайпера, а взяли дом штурмом, и он уже был бы мертв.

Если бы он только мог добраться до городка.

Организм выбрасывал в кровь адреналин, на время приглушая боль, но Виктор знал, что, когда адреналин израсходуется, боль станет еще сильнее. Он был слаб, но не бессилен. Ему нужно было бежать. Но, не зная, как долго он был без сознания, он не мог знать и того, не попадет ли он в ловушку при попытке бегства. У шале было два выхода, и один человек не мог держать под контролем оба. Занять позицию и ждать, когда Виктор выйдет, убийца тоже не мог, ведь он не мог знать, какой выход выберет жертва. Значит, чтобы убить Виктора, ему нужно попасть в дом. Виктор еще оставался голым, и, чтобы попытаться бежать, ему нужно было одеться. На одевание потребуется время, которого у него может и не быть. Ему даже просто дышать было больно. Он не знал, насколько быстро он сможет бежать и как долго. Снайпер наверняка будет быстрее. Значит, выход из дома только облегчит его задачу.

Лучше всего было держать оборону в доме. Здесь Виктор знал каждый дюйм и знал, как использовать против врага каждый слепой уголок. Чтобы убить Виктора, киллеру нужно будет попасть в дом и найти его. Пригнувшись и прижимая одну руку к груди, Виктор пробрался к кровати и достал из кобуры заряженный пистолет FN. Скрипнула половица.

Лестница.

В средневековой Японии, в условиях постоянной угрозы со стороны смертельно опасных ниндзя, самураи защищали себя от убийц простым, но эффективным способом. В их за`мках все половицы «пели», когда на них наступали, предупреждая жильцов о вторжении.