– Приятно слышать, – недоверчиво протянул Беконнори.
– Требую телефон! У меня есть право на один звонок! – запищали из бардачка. – Нас подставили!
Шериф бухнул кулаком по панели:
– Судье расскажешь!
Полицейский автомобиль свернул на дорожку, которая вела к старомодному двухэтажному домику, выкрашенному в желтый цвет. Стояла ночь, окна домика были черны. Сабрина открыла дверцу автомобиля и выпустила Элвиса; тот грузно вывалился наружу, продемонстрировав пару клейких ловушек, которые так и остались болтаться на его обширном заду. Лицо Сабрины обожгло морозцем. Только бы взрослые поскорей разошлись и не затянули опять свои бесконечные разговоры! Бабушка и впрямь была способна заговорить любого до смерти, но шериф лишь коротко попрощался и откланялся, сообщив, что в участке его дожидается куча важных бумаг.
Проводив взглядом огни его автомобиля, бабушка достала из сумочки огромную связку ключей и принялась отпирать дверь. Замков было больше дюжины. В начале знакомства Сабрина даже заподозрила у бабушки Рельды какую-то манию по части замков и запоров, но за последние три недели успела повидать столько всего невероятного, что теперь понимала: дом и впрямь следует запирать как можно тщательней.
Но вот все замки были открыты, старушка трижды постучала в дверь и громко сообщила:
– Мы пришли!
Скользнул в сторону язычок последнего, волшебного замка, и дверь открылась, приглашая бабушку с внучками войти.
Они угостились печеньем, смазали Элвиса растительным маслом, чтобы отцепить ловушки, а потом бабушка погнала внучек спать:
– Завтра в школу. Вы и так засиделись.
– Вообще-то, – заметила Сабрина, изо всех сил прислушиваясь к себе в попытке уловить какое-нибудь несуществующее недомогание, – я, кажется, заболеваю. Мне нельзя в школу, я заразная.
Бабушка широко улыбнулась:
– Да ведь вы уже три недели пропустили. Еще день, и меня посадят в тюрьму, это как пить дать. Ну, спать, спать!
Сабрина вздохнула. Что толку в школе? Пустая трата времени! А ведь есть масса дел и поважнее.
Под ровное сопение Дафны Сабрина потихоньку выбралась из огромной кровати под балдахином. С потолка свисали модели самолетов – когда-то в этой комнате жил отец. На письменном столе покоилась бейсбольная перчатка. На полке выстроились книги. Сабрина тихо сняла с полки несколько томов, вытащила из-под матраса связку ключей и крадучись вышла из комнаты.
У двери в конце коридора девочка принялась перебирать ключи на связке и наконец выбрала один, длинный и плоский медный ключ, который мягко вошел в замочную скважину. Открыв дверь, Сабрина быстро огляделась, убедилась, что за ней никто не следит, скользнула внутрь и прикрыла за собой дверь.
Комната была абсолютно пуста, если не считать висевшего напротив двери зеркала да лившегося в единственное окно серебристого лунного света. Подойдя к зеркалу, Сабрина вгляделась в свое отражение. В лунных лучах длинные светлые волосы и голубые глаза налились призрачным бледным светом. Сабрина заправила волосы за уши, потерла глаза, а потом сделала нечто совершенно невероятное – шагнула в зеркало и пропала из виду.
По ту сторону зеркала ее ждал исполинский зал, чем-то напоминавший Центральный вокзал в Нью-Йорке. Бескрайние потолочные своды покоились на могучих мраморных колоннах. По стенам шли сотни, нет, тысячи дверей с золотыми табличками над ними: «Говорящие растения», «Гигантские живые шахматы», «Бэйб – синий бык», «Волшебное оружие», удивительные волшебные артефакты и магические существа… Все это хранилось здесь, под защитой семейства Гримм. Бабушка называла свое зеркало самой большой в мире кладовкой. Сабрина называла его Залом Чудес. А еще – последней надеждой.
Девочка огляделась. В нескольких метрах от нее обнаружилось высокое кресло, а в кресле – одинокая фигурка.
– Зеркало! – позвала девочка. – Кажется, я нашла кое-что полезное.
Зеркало обернулось. Это был невысокий лысый человечек, безвылазно обитавший в волшебном зеркале, – тот самый, который сказал когда-то злой королеве, что Белоснежка «всех прекрасней». При виде Сабрины человечек оторвался от журнала с фотографиями знаменитостей на обложке и встал.
– Что я слышу? Ни «здравствуй», ни «как дела», ни «все ли здоровы»? – возмутился человечек.
– Ой, ну извини. Мне надо быстро, а то кто-нибудь еще проснется и поймает меня здесь, а я не хочу.
– Ну еще бы. Ведь тогда тебе придется рассказать, что ты перетаскала у бабушки все ключи по очереди и сделала копии.
Читать дальше