— И не подумаю! — Она показала мне язык.
— Майкл, позволь ей остаться, — заступилась за нее Мона. — Она никому не мешает.
— Эй, Мона, — прочирикала Тара. — Знаешь, а ты Майклу нравишься!
Глаза Моны расширились:
— Нравлюсь?
Я стоял красный как рак. Я бросил свирепый взгляд на Тару. Я хотел удавить ее — прямо здесь, прямо сейчас, но не мог: слишком много было бы свидетелей.
Мона засмеялась. Сиси и Рози тоже смеялись. К счастью, мальчишки этого не слышали. Они сгрудились вокруг бумбокса и перескакивали с одной дорожки на другую.
Что я мог сказать? Мне действительно нравилась Мона. Я не мог этого отрицать: это задело бы ее. Но признаться в этом тоже не мог.
Мне хотелось умереть. Провалиться сквозь землю и умереть.
— Майкл, ты покраснел! — воскликнула Мона.
Ларе услышал ее слова и сказал:
— А что Вебстер натворил?
Некоторые ребята зовут меня по фами лии.
Я схватил Тару и выволок ее на кухню; в ушах звенел смех Моны.
— Огромное спасибо, Тара, — прошипел я. — Зачем тебе понадобилось сообщать Моне, что она мне нравится?
— Но ведь это правда? — произнесла моя сестрица. — Я всегда говорю правду.
— Ну, конечно!
— Майкл, — вмешалась мама. — Ты опять обижаешь Тару?
Я вылетел из кухни, не ответив ей.
— Эй, Вебстер, — позвал меня Джош, когда я вернулся в гостиную. — Давай пойдем посмотрим твой велосипед.
«Как кстати, — подумал я, — сбежать от девочек».
Я повел их к гаражу. Они все глядели на велосипед, обмениваясь кивками. Кажется, он их впечатлил. Генри взялся за руль.
— Эй, а что это за здоровенная царапина? — спросил он.
— Да я знаю, — принялся я объяснять, — моя сестра… — И умолк, покачав головой. Что толку плакаться? — Давайте пойдем и посмотрим подарки, — предложил я.
Мы гурьбой вернулись в гостиную.
«В конце концов, я смогу насладиться новыми подарками, — решил я. — Их-то Тара не сможет испортить».
Но Тара всегда умела изощряться.
Когда я вошел в гостиную, Тара восседала в куче сорванной оберточной бумаги. Рози, Мона и Сиси наблюдали, расположившись вокруг нее.
Тара постаралась для меня: она открыла все подарки.
«Премного благодарен, Тара».
Она распаковывала последний подарок — от Моны.
— Посмотри, что Мона тебе подарила, Майкл! — прокричала Тара.
Это действительно был компакт-диск.
— Я слышала, что на нем записаны классные песни про любовь , — поддразнила Тара.
Все засмеялись. Они все находили Тару не обыкновенно остроумной.
Позже мы все расселись в столовой в ожидании торта и мороженого. Я сам нес торт. Мама шла следом — с тарелками, свечками и спичками.
Это был мой любимый торт — весь из шоколада.
Осторожно держа блюдо с тортом, я миновал дверной проход из кухни и вошел в столовую.
Тару, вжавшуюся в стену, я не заметил. Я не видел, как она вытянула в проход свою маленькую детскую ножку.
Я споткнулся. Торт вылетел у меня из рук.
Я приземлился прямо на торт. Лицом вниз. Как и было задумано.
Некоторые из ребят ахнули, другие пытались подавить смех.
Я сел, стирая с глаз коричневую глазурь. Первое, что я увидел, была Мона. Она сотрясалась от хохота.
Мама наклонилась и стала бранить меня:
— Весь торт всмятку! Майкл, ну почему ты не смотришь себе под ноги?
Я слушал смех, глядя на мой испорченный торт. Теперь не во что было втыкать свечи. Но для меня это не имело значения: я все равно решил загадать желание.
Я пожелал вернуться к началу своего дня рождения.
Я поднялся весь липкий от шоколадного торта. Мои друзья завывали.
— Вот увалень-то! — прокричала Рози.
И все еще громче засмеялись.
Все они получили огромное удовольствие от моей вечеринки. Абсолютно все.
Кроме меня.
Это был ужасный день рождения, просто отвратительный. Но Тара в своих пакостях была способна и не на такое.
Это случилось за неделю до моего дня рождения. Должны были прийти Мона, Сиси и Рози. У нас у всех были роли в школьной постановке, и мы хотели порепетировать у меня дома.
Это была новая версия сказки «Королевич-лягушка».
Мона играла принцессу, а Сиси и Рози ее глупых сестер.
«Первоклассный подбор актеров», — считал я.
Я играл лягушонка — до поцелуя принцессы, который превращал лягушку в принца. Почему-то наша школьная учительница, которая руководила театром, не хотела, чтобы я играл принца. Эту роль получил Джош.
Я, впрочем, полагал, что роль лягушонка лучше, потому что Мона, принцесса, целует лягушонка , а не королевича.
Читать дальше