- Мы навестим его завтра, - пояснил Холмс. - До имения Монтроз-хаус в Грэй-Вэлли можно добраться за пару часов.
Визитная карточка с "автографом" Шерлока Холмса - сувенир музея Великого детектива.
Оборотная сторона визитной карточки.
Лондон. Здание английского банка. Фотография конца XIX века.
- Почему нельзя сделать этого теперь же? - удивился я.
- Сначала дождемся вечерних газет.
Когда миссис Хадсон принесла почту, Холмс пролистал вечернее приложение к "Дейли Телеграф" и заметно помрачнел. Его нервные пальцы вновь принялись набивать трубку.
Я взял газету и понял, чем была вызвана перемена в настроении моего друга:
"Пытаясь отыскать пропавшую рукопись, мистер Шерлок Холмс посещает известного антиквара и графолога Саллизари, где узнает, что пять лет назад по заказу небезызвестного Зайгеля он снял две копии с рукописи "Ворона" Эдгара По. Не вызывает сомнения, что одной из них была подменена подлинная рукопись. Мистер Шерлок Холмс против профессора Зайгеля!"
Прибыв поздним вечером в Грэй-Вэлли, мы переночевали в маленькой гостинице, а утром отправились в Монтроз-хаус, расположенный в полутора милях от деревеньки.
Дорога наша проходила мимо зеленеющих полей и куп деревьев, покрывающихся свежей листвой. В ясном небе весело щебетали птицы, но на моей душе будто кошки скребли.
- Простите, Холмс, но я, честно говоря, не знаю, о чем мы будем говорить с этим Монтрозом. Как мы объясним ему свой визит?
- Положитесь на меня, Уотсон. У Монтроза неплохая коллекция автографов известных писателей, так что наше посещение вполне объяснимо с точки зрения проводимого мной расследования.
Большой двухэтажный дом казался необитаемым. Ставни кое-где были закрыты ржавыми засовами, траву на лужайках давно не стригли, а песок на дорожках не обновлялся целую вечность.
- Видно, не так уж хорошо идут дела у этого господина, - подумал я вслух.
- Монтроз - азартный игрок. Он погряз в карточных долгах, - пояснил Холмс и, поднявшись по темным выщербленным ступеням особняка, решительно дернул шнур звонка. В отдалении отозвался колокольчик, и вскоре появился дряхлый старик-лакей. Выслушав нас, он поклонился и попросил подождать.
Спустя несколько минут он вернулся и провел нас в гостиную. Монтроз, одетый в строгий черный костюм, стоял, опираясь руками на крышку массивного бюро. Его красивое лицо налилось кровью, как только мы вошли. Кончики закрученных вверх усов задрожали, и раздался хриплый голос:
- Этот дом, господа, всегда открыт для честных и искренних людей, но не для низких лицемерных обманщиков, не для соглядатаев и шпионов!.. И у вас еще достает смелости... или наглости являться сюда!
Я никогда не видел Холмса таким растерянным.
- Здесь какая-то ошибка, мистер Монтроз, - начал было я, - боюсь, вы не за тех...
Монтроз недобро усмехнулся.
- Уж не станете ли вы убеждать меня, почтенный, что вы и ваш спутник приехали не с Бейкер-стрит?
- Конечно, нет! - с жаром воскликнул я. - Мой друг - мистер Шерлок Холмс, а я - доктор Уотсон, и мы...
- И вы немедленно уберетесь прочь отсюда, дабы не испытывать больше моего терпения оскорбительными подозрениями!
Монтроз потрясал перед нашими лицами свежим номером газеты.
Заглянув через плечо Холмса, я прочел нечто ужасное:
"Поиски пропавшей рукописи приводят мистера Шерлока Холмса к известному коллекционеру мистеру Монтрозу. Знаменитый сыщик, допускающий существование между профессором Зайгелем и миссис Монтроз тайной связи, подозревает, что похищенная рукопись находится в библиотеке обманутого мужа".
- Это недоразумение, - буркнул Холмс, и мы вынуждены были ретироваться...
III
Мы возвращались в Лондон совершенно подавленные. На мои немногочисленные вопросы Холмс ответил парой лаконичных фраз. Ни на минуту не выпуская изо рта трубку, он сосредоточенно смотрел в окно вагона на проплывающие мимо луга и небольшие рощи.
Мысль о приближении неотвратимой развязки настойчиво преследовала мое сознание, причиняя почти физические страдания. Холмс, всемогущий Холмс оказался безвольной игрушкой в руках мстящего за свое поражение мертвеца! Дедуктивные способности, благодаря которым мой друг разрешил не одну сложнейшую головоломку, оказались бессильными в отношении дьявольских выдумок преступного профессора. Поединок, навязанный Холмсу, предполагал неравные условия борьбы: живой человек гнался за тенью, за призраком, но тот постоянно ускользал из его рук.
Читать дальше