- У меня есть все их имена и адреса, лейтенант. Хотите допросить их, или отпустить их по домам?
- Пусть расходятся.
Я прошел на сцену, встал там, оглядываясь по сторонам. Через несколько секунд ко мне подошел Полник.
- Могу я еще что-нибудь сделать, лейтенант?
- Можешь присоединиться ко мне и заняться размышлениями. Здесь у нас сцена, верно?
- Верно! - с энтузиазмом ответил сержант.
- За ней чистое пространство в шесть футов до стены, верно?
- Верно!
- Слева две двери. Одна ведет в офис мисс O'Xapa, a другая - прямо в кухню. Других дверей нет, верно?
- Верно!
- Покойник, перед тем как он стал покойником, должен был стоять позади сцены, когда кто-то выпустил в него пулю. Потом он выходит на сцену, шатается перед тремя музыкантами и умирает. Верно?
- Верно!
- Джазмены его не видели. Они сидели к нему спиной, да и в любом случае они играли все время. Мисс O'Xapa была в своем офисе. Бут в кухне. Никто не мог выстрелить поверх голов музыкантов и заставить пулю лететь по кривой линии, а потом опуститься на пять или шесть футов прямо в грудь этого парня. Верно?
- - Верно!
- Итак, кто его убил?
- Вер... - Полник моргнул пару раз.
- Раз ты в затруднении, то я могу быть счастлив.
- Пистолета нигде не нашли, - добавил мудрый сержант. - Значит, он не мог сам себя убить, ведь так?
- На этот счет у меня есть своя версия: парень застрелился, а потом проглотил свою пушку. Вскрытие покажет, верна ли моя теория. Сейчас же я собираюсь вернуться в офис и еще раз переговорить с мисс O'Xapa. Не думаю, что она была слишком откровенна со мной в первый раз.
Сержант Полник продолжал взвешивать все плюсы и минусы моей теории самоубийства этого парня. Нахмурившись, он взглянул на меня.
- Вы шутите, лейтенант?
Позади нас раздался какой-то скрипучий звук, будто кто-то прочищал глотку.
- Лейтенант постоянно шутит, - сказал Хэммонд Полнику. - Он только притворяется полицейским. Самая великая шутка всех времен и народов!
- Ты уже давно здесь, волшебник сыска?
- Достаточно давно. Не беспокойся о разговоре с этой леди. Я сам этим займусь.
- Отлично. Пошли в офис, там я тебе расскажу все остальное.
Я провел его в контору Полуночной. Хэммонд прошел к столу и сел на стул с начальственным выражением на лице.
- Хорошо, Уиллер. Давай выкладывай.
- Тебе нужна подсказка? - поинтересовался я.
- Остроумный парень! Ты уже достаточно долго занимаешься этим делом, так что говори все, что знаешь, а потом можешь уматывать. Минуты тебе вполне должно хватить, правильно?
- Или даже еще меньше, - согласился я. Я кратко пересказал ему свои действия после убийства. Мне было ясно, что Хэммонд не хочет мне верить, но обижаться на него я не стал.
- Вот, все это вам. Желаю удачи, она вам точно нужна. Даже примерному полицейскому она иногда необходима.
Я повернулся к выходу.
- Мне все это не представляется таким уж запутанным, Уиллер, - буркнул Хэммонд из-за стола. - На сколько я понимаю, эта певичка все и провернула.
- Полуночная? Это мысль. Может, она засунула пистолет за пазуху своего почти абсолютно прозрачного платья после того, как пристрелила этого типа. Если тебе нужна помощь, то я готов остаться и вместе с тобой посмотреть, что там у нее под платьем.
- Убирайся вон! - рявкнул Хэммонд.
- Уже иду, - я укоризненно покачал головой. - У тебя тонкая натура, Хэммонд. Я просто сразу не вру бился в твою фразу "Давай выкладывай!".
Я покинул офис и пошел к Аннабел Джексон, занимающейся подбором актеров на постановку пьесы о временах Гражданской войны, в которой я выкупал в роли Линкольна, только без бороды, конечно.
- Со мной все кончено.
- Истинная правда.
- Только по долгу службы. Почему бы нам...
- Ой, ой, сейчас разрыдаюсь!
- Короче, давайте сматываться отсюда, пока Хэммонд не совершил еще одно убийство, пытаясь расследовать первое.
Мы поймали такси, и Аннабел не умолкала ни на секунду всю дорогу до ее дома.
- ..оставил меня сидеть здесь одну, когда сам торчал в офисе вместе с этой.., этой женщиной! - выкрикнула Аннабел, с треском захлопывая дверцу такси.
- Конечно, она женщина, - произнес я с любовью. - Полуночная в полночь такое свидание я бы никогда не пропустил, а ее пение не имеет ровным счетом никакого значения.
- Да вы! - она поперхнулась. - Да вы волк в собачьей шкуре!
- Не понимаю, что вас так сводит с ума. Полуночная заводит меня, вас заводит джаз, так что разница совсем небольшая.
Тут я сообразил, что разговариваю сам с собой. Я возвратился к себе домой, воображая, как бы могли события развиваться по-другому. Потом позвонил в гараж, где мне сообщили, что к утру "хейли" будет на ходу. Я уютненько устроился в мягком кресле со стаканом виски в одной руке и сигаретой в другой, наслаждаясь звуками голоса Пегти Ли, исполняющей "Черный кофе".
Читать дальше