— Твой брат сам воспитал подельников, потом сел в тюрьму, а его дружки жируют на свободе?
— Вот именно. Но это его решение. Так было безопасней. К тому же все четверо уже сидели. Жора никогда не попадался. Он умышленно сел. Дело того стоило. Но тебе об этом ничего знать не нужно. Ты деньги заработаешь, а потом исчезнешь. Если выживешь, конечно. Досье на Остапа лежит в сумке с деньгами. Сегодня переночуешь у меня, а завтра — за дело. В сумке есть мобильник. Чистый. В кафе ко мне не ходи. Возможно, за мной тоже следят. Если понадобишься, я сама тебе перезвоню на этот телефон.
— Задача ясна.
— Люблю понятливых.
Андрея начало клонить в сон. Тут он понял, что ему что-то подмешали. Только какой в этом смысл…
Смысл стал ясен наутро. Рядом с ним в постели лежала абсолютно голая дочка Анфисы. Он приподнялся на локте, и тут же раздался щелчок, потом его ослепила вспышка. Кто фотографировал, он не разглядел. В глазах поплыли красные и желтые круги. Человек с фотоаппаратом исчез, а девочка вскочила, взяла платьице и убежала в соседнюю комнату, где и заперлась.
Он оказался в постели один. Анфиса сидела за столом, будто и не вставала из-за него.
— Не дергайся, Андрей. Снимков много. Статья за малолетку тебе светит, дружок. Я из тебя сперму выкачала для дочуркиного платья, а она заявление в ментовку написала. Правда, еще не отправила. Девочке только четырнадцать, малолетка. Ничего личного, как говорится, обычная страховка. Тебе полмиллиона в руки дают под честное зековское слово. Нарушишь — вся коллекция компромата ментам уйдет. Они тебя быстро найдут. Ну ладно, побаловались и будет. А теперь о деле. Сфотографируешься на паспорт, снимок принесешь мне в кафе. Конверт отдашь швейцару. Жить будешь на Седьмой Парковой, дом десять, квартира четырнадцать. В сумке ключи от машины. Ключи от квартиры вот они, на столе. Там найдешь все, что тебе надо. А теперь — свободен.
Она продолжила свою трапезу.
Андрей не сказал ни слова, так его ошеломил напор этой дамы. Пора бы ему привыкнуть к подставам. Один-единственный человек считал его умным и хитрым — он сам. Хотя другие, похоже, так не думали. Базару сегодня не верят. Главное — дело. Вот почему он стал таким молчаливым в последнее время.
Он встал, оделся, взял ключи со стола, снял сумку с вешалки и ушел.
Его не обманули. В сумке лежали деньги, «досье» и ключи от машины «Пежо-407» синего цвета. Даже адрес стоянки был. Похоже, на него серьезно рассчитывают, хотя спектакль с дочкой Анфисы ему очень не понравился. Крючок, на который он якобы попался, имел сомнительную прочность и не очень его пугал.
Первым делом он сфотографировался и отнес снимки в кафе, оставив швейцару. Деньги у него пока были. Квартиру он поменяет, но не сейчас. Андрей позвонил бывшему полковнику и дал ему данные из досье на клиента. Тот через своих друзей узнал все, что требовалось. Еще Андрея интересовали события шестилетней давности. Когда Жора Моркляк сел в тюрьму.
Затем Андрей опять поехал в университет. Бывшего лаборанта ждать пришлось долго. Похоже, он и впрямь стал профессором.
— Привет, Лущенков!
Тот немного прищурился и тут же улыбнулся. Узнал.
— Андрей Коптилин?
— Он самый. Сейчас в Москве, в командировке. Может, по рюмочке за встречу?
— С удовольствием..
Они нашли забегаловку подальше от университета и устроились за отдельным столиком.
— Смотрю, ты с портфелем ходишь. В начальники выбился?
Лущенков улыбнулся.
— Время-то идет. Деканом стал.
— Растешь, Боря.
— А ты, поди, уже докторскую защитил? Самый талантливый студент и вдруг на периферию уехал.
— Зато сам себе хозяин. Сейчас мне нужно достать кое-какие редкие материалы. Поможешь? Будешь в доле, деньги хорошие.
Выпили по рюмке, закусили, закурили.
— Возможности у меня есть, если ты, конечно, цианид не попросишь. А деньги всегда нужны.
— Цианид мелочь. Мне нужен тетродоксин.
— Небелковый яд? Он же страшнее цианида. Такие вещи заказывают под опыты за полгода, если они стоят в плане.
— У тебя наверняка есть свои люди на Дальнем Востоке. Креатинин я могу сделать сам, а с остальным — проблемы.
— Зачем тебе все это? — удивился Лущенков. — Тетродоксин — страшное оружие. Он закупоривает натриевые каналы, и нервные волокна теряют способность пропускать импульсы. Паралич дыхательных мышц и как говорится — ку-ку. Смерть.
— Ты прав. Человек становится неподвижен. Тело иглой проткнешь, но он ничего не почувствует. Однако зимой не только медведи спят, но и рыбы. Им не нужна еда. Все это благодаря тетродоксину. Ритм активности падает на девяносто процентов. Пульс не прослушивается, дыхания нет. Труп. Однако мозг работает и слух тоже. Я уже сделал такой препарат. Человек остается живым в течение двенадцати часов. Так поступали жрицы Вуду. Их на день зарывали в могилы, а потом они оживали и становились божествами. Я нашел противоядие. Если его ввести в течение двенадцати часов, организм человека проснется. Я вышибаю пробки, созданные тетродоксином, и натриевые каналы начинают работать в обычном режиме. Но все надо делать вовремя. Противоядие у меня в башке сидит. При наличии материалов я могу изготовить препарат за неделю. Если ты все мне достанешь по списку, твой гонорар составит сто тысяч долларов. Сразу и наличными. К тому же я открою тебе секрет самого мощного раствора в мире. А это тянет на докторскую. Что скажешь, Боря?
Читать дальше
Конец ознакомительного отрывка
Купить книгу