Но ничего особенного разглядеть ему не удалось. Высокий и «подкачанный», как и все бодигарды Анатолия Яковлева, Игорь Сотников имел ничем не выдающуюся, можно сказать, стандартную внешность. Серые глаза, коротко стриженные русые волосы, правильные и довольно приятные черты лица.
— Присаживайтесь, — пригласил Лев. — Вы, наверное, уже знаете от своих товарищей, что я всем задаю практически одни и те же вопросы. Стандартный набор. Итак, как долго вы работаете в штате господина Яковлева?
— Около года, — спокойно ответил Сотников.
— А где трудились до этого?
— В охранном предприятии.
— Вы поддерживаете отношения с бывшими коллегами?
— А какое это имеет значение? — вопросом на вопрос ответил Сотников, встревоженно посмотрев на Гурова.
— Имеет, раз спрашиваю.
— Нет, мы практически не общаемся.
— Верно ли то, что после инцидента с покушением Яковлев направил всех своих телохранителей, в том числе и вас, на дополнительное обучение?
— Да, это верно.
— Где оно происходило?
— Это вам лучше узнать у Анатолия Сергеевича. Я не могу комментировать решения босса.
— Надо же, какая беспримерная субординация, — с иронией заметил Лев. — Ну и о том соревновании, которое ваш босс устроил вам в виде контрольного испытания и на котором был убит человек, мне, по-видимому, тоже лучше узнать у него?
— Да, конечно.
— Разумеется. Вы ведь здесь ни при чем. Это было решение босса, а вы ничего не видели, ничего не слышали, ничего не знаете. И до того, что результатом этого мудрого решения явилась смерть вашего бывшего коллеги Кирилла Титова, вам нет никакого дела.
— Кирилл?! Не может быть! — изумленно воскликнул Игорь.
Непосредственностью своей реакции он, по сути, выдал себя, неявно признав, что и соревнование, и убийство имели место. И это на первый взгляд могло стать лучшим доказательством его невиновности.
Но опытный полковник не спешил верить первому впечатлению. Он хорошо запомнил тревогу, мелькнувшую в глазах Сотникова, когда он спросил его о бывших коллегах по работе в «Стрельце», и поэтому, не делая поспешных выводов, продолжил задавать вопросы и наблюдать:
— Да, Кирилл. Кирилл Титов. Его тело оказалось на городской свалке после того, как вы и группа из пяти человек, в которой среди прочих находился и он, встретились в «ратном бою».
— Но как… как все это могло произойти? Как он мог попасть туда?
— Я надеялся, что вы расскажете мне об этом.
— Я? Вот уж не думаю. Я бы и сам не отказался, чтобы мне кто-нибудь об этом рассказал.
— Но, по крайней мере, вы признаете тот факт, что после недельного обучения на базе в Солнечногорске ваш босс устроил вам испытание, заставив применить полученные навыки на живых людях?
— Мне очень жаль, но я не могу комментировать это, — сразу переменив тон, сухо и официально проговорил Сотников. — Как я уже сказал, решение о дополнительном обучении и обо всем, что с ним связано, принимал Анатолий Сергеевич, поэтому вам лучше спросить об этом у него.
— Но неужели тебе не жаль парня? Вы ведь вместе работали, были знакомы. Вместе от бандитов отбивались, рисковали жизнью. А теперь он мертв, и нет виноватых. Неужели тебе все равно?
Реплика Гурова была рассчитана на то, чтобы «надавить на чувствительность», но, когда он произносил ее, ему почти не приходилось играть и притворяться. Он совершенно искренне не понимал, как можно с таким безразличием относиться к судьбе человека, с которым доводилось вместе подставляться под пули.
Однако первый эмоциональный всплеск Сотникова, прорвавшийся в начале этого разговора, по-видимому, был и последним. В продолжение этой прочувствованной речи лицо его оставалось неподвижным, как картонная маска, и никаких чувств на этом застывшем лице не отражалось.
Лишь когда полковник упомянул об опасности для жизни, которой и он, и Кирилл во время того случая в ювелирном магазине подвергались одинаково, в глазах Сотникова промелькнуло что-то похожее на живой человеческий отклик.
Но это мимолетное чувство как пришло, так и ушло, и уже через мгновение глаза вновь отражали лишь холодное безразличие.
— Мне очень жаль, — голосом механической куклы без всякого выражения повторил он.
Внимательно взглянув в его лицо, Лев понял, что не добьется больше ничего. Чтобы не тратить попусту время, он решил отпустить допрашиваемого, хотя вопрос об искренности Сотникова и о причастности его к смерти Кирилла так и остался открытым.
Читать дальше
Конец ознакомительного отрывка
Купить книгу