Дэвид Белл - Вернуть ее домой

— Спасибо. Звучит здорово. Это звучит… нормально.

Билл стал звонить Пэйдж, как только Адам вышел из дома.

— С ней все в порядке, — сказала Пейдж. — Я имею в виду, что ее состояние не изменилось с тех пор, как ты ушел.

— Что-то не так? — спросил Билл. Пейдж явно была подавлена, и он не мог понять отчего — из-за того что она в больнице или, как он опасался, все же что-то случилось, что-то плохое.

— Ты должна сказать мне, Пейдж. Если мне нужно срочно приехать…

— Нет. — Повисла пауза, а затем Билл услышал шорохи, видимо, Пейдж перешла в другое место, где смогла говорить более свободно. — Хокинс только что ушел.

— И ты рассказала ему все, что знала? О том телефонном звонке Саммер?

— Конечно.

— Она упоминала этих ребят в разговоре? Клинтона или Тодда?

— Нет, Билл. — Она казалась вконец измученной.

— Так что случилось? — спросил он.

— Этот детектив, он собирается задавать тебе вопросы.

Билл, посмотрев в окно, увидел, как темно-синяя «Импала» Хокинса заворачивает на подъездную дорожку. Он наблюдал за тем, как детектив вышел из машины, как он поправлял ремень брюк, пока шел к дому.

— Какие вопросы, Пейдж? Об интимной жизни Саммер?

— Нет, не это, — сказала она. — Что-то еще.

— Что?

Но Хокинс уже звонил в дверь и заглядывал в окно, приблизив лицо к стеклу, так как начинало темнеть.

— Позвони мне, если что-то изменится, — сказал Билл. — Что-либо.

Завершив разговор, он пошел к двери и открыл ее. Хокинс явно был настроен решительно. Его плечи были расправлены, когда он прошел мимо Билла.

Билл закрыл дверь и последовал за ним в гостиную.

— Что происходит, детектив? Я собирался вернуться в больницу.

— Присядьте, Билл. Нам нужно кое о чем поговорить.

Но сам Хокинс остался стоять.

Билл остановился в нескольких футах от детектива, не желая садиться.

— Я знаю, что моя сестра рассказала вам об их разговоре о контрацепции. Но это неправильно, если у вас сложилось другое представление о Саммер из-за этого. Она слишком юна, чтобы отвечать за свои поступки. И даже если бы она согласилась на секс с Тоддом Стоуном или с другим парнем, он все равно мог бы причинить ей боль. На самом деле вероятность этого высока, не так ли? Разве люди не причиняют боль тем, кто рядом с ними?

— Это не имеет отношения к вашей сестре. И к контрацепции.

— Тогда что же это? — спросил Билл. — Вы кого-нибудь взяли?

— Присядьте, Билл.

Билл понял. Детектив хотел немного принизить его, показать свою власть над ним и контролировать ситуацию. Стремление воспротивиться этому, бросить вызов обуяло Билла, но он знал, что так ничего не добьется. Совершив над собой огромное усилие, Билл опустился на диван. После того как он уселся, детектив не торопясь полез в карман пальто, чтобы вытащить оттуда маленькую записную книжку на пружинке, почти исчезнувшую в его большой руке. Казалось, Хокинсу понадобилось еще минут двадцать, чтобы найти свои очки и нацепить их на нос. Теперь перед Биллом был не доброжелательно настроенный человек, а строгий инквизитор.

— Есть ли что-нибудь, что вы хотели бы сообщить мне, Билл? — спросил он ледяным тоном.

Билл закатил глаза. Он не понимал, что происходит.

— Вы опять? Разве мы уже не прошли через все это…

— Я говорю о том, что произошло в предутренние часы первого ноября прошлого года.

— Вы хотите, чтобы я вспомнил то, что случилось настолько давно? Я не знаю…

Билл запнулся, вспомнив события той ночи. Через окно за головой Хокинса Билл видел, как голые деревья колышутся на ветру, хаотично качая ветками.

— Вы ведь не собираетесь ворошить это…

Хокинс впился взглядом в свою маленькую допотопную записную книжку.

— В час тридцать пять ночи первого ноября в полицию по 9-1-1 поступил звонок из этого дома. — Он посмотрел на Билла поверх очков. — Звонила Саммер.

Он позволил этим словам на мгновение повиснуть в воздухе, затем вернулся к записной книжке.

— Она сказала, что отец схватил ее и стал трясти, повредив ей руку. Она хотела, чтобы полицейские приехали и защитили ее.

У Билла ощущение жжения в голове все усиливалось, нечто подобное чувствует человек, просидевший слишком долго на солнце без головного убора.

— Я не должен это выслушивать.

— Думаю, что должен, — сказал Хокинс. — Теперь просто расскажите мне, что случилось той ночью, и мы посмотрим, что делать с этой информацией.

— Я еду в больницу.

— Билл… — Хокинс снял очки, взгляд его сине-серых глаз был скучающим. — Это будет большой ошибкой. Тайны — это убийцы, так говорят в подобных случаях.