Виктор Мясников - Водка

- Вот, стали жалобы поступать на качество фабричной водки, рассказывал молодой опер в тесноватом пиджаке. - Торгинспекция, то да се, лаборатория качества. Короче, крепость вдвое ниже нормы. Оказывается, Каменский ликеро-водочный. Претензии выставили, арбитраж, штрафанули там кое-кого. Толку никакого. Главное, партия приходит, в ней ящиков десять-пятнадцать низкого качества, остальное нормальное. А на заводе все в ажуре, ОТК бдит. Ну, собрали бригаду по области, отправили разбираться, коли свои не могут ничего понять. Нам уже ясно, что по пути с завода в магазин кто-то подменку делает. Стали наблюдать. Вечером мы с напарником вышли, сидим под забором, под придурков косим. Открываются ворота, и аккуратненько тепловоз выкатывает сцепку - четыре вагона. А там ветка километра два от завода до станции. Мы встали и пошли следом. Идем, от комаров отмахиваемся. Вдруг, замелькало что-то у вагонов. Подходим ближе: мужики какие-то тюки от насыпи волокут. Достаю рацию, докладываю, так, мол, и так. А там дорога неподалеку. Наряд подлетает - стоит "москвичок-каблучок", грузится. Руки на капот! Ноги шире плеч! Хопа кислородные подушки с водкой, полный кузов. Через полчаса раскрутили всю шайку. Короче, грузчики с ликеро-водочного. Когда вагон грузят, загружают до кучи резиновые кислородные подушки, воду и одного из своих.

- Ну, это старый способ, - перебил рассказчика один из молодых ментов, - шприцами отсасывают...

- Заманаешься сосать! - поставил его на место опер. - Тогда бы сразу это дело размотали. На бескозырке дырка от шприца обязательно останется. В том-то и дело, что они бутылки раскупоривали, сливали половину, воду добавляли и снова запечатывали. У них даже такие специальные закатники ручные были сделаны, что укупорку от заводской экспертиза не отличит. Целое производство, фонарики с собой брали, воронки. За час успевали по сто-сто пятьдесят литров отмахнуть на каждого работника. А потом тепловоз приходил, за территорией подушки с водкой из вагонов выбрасывали и сами спрыгивали. Потом все это снова по бутылкам и в киоск. А сто литров - это десять ящиков, двести бутылок. Умножь на двадцать пять рублей.

- Пять тысяч, - мгновенно перемножил Олег и выдал результат.

- Вот, поняли? - опер помолчал, как и все, представив такие возможности. - А этим они практически каждый день полгода занимались. Один грузчик иномарку успел купить, другой - целый дом, прочие тоже неплохо подхарчились. А ведь зарплату получали побольше любого из нас и в свой срок.

- Премию хоть вам дали? - спросил кто-то из темноты.

- Скажешь тоже, - усмехнулся опер, - директор "ликерки" вообще-то устроил потом банкет и ящик фирменной в догон на всех выставил. Да начальство почти все расхватало. Нам по пузырю в дорогу досталось. Ну, мы и оприходовали в поезде. Хороша была водочка, для себя директор старался.

Зашипела, затрещала, забормотала неразборчиво милицейская рация. Понятым на задних сиденьях подавно ничего не слышно. Но тут тихонечько зафырчал двигатель, задребезжала мелко какая-то невидимая железка. И опергруппа сразу возбужденно зашевелилась.

- Ага... ага... понял.., - ответил старший в микрофон и подал команду: - Приготовились все. Поехали направо, - это уже шоферу.

Тронулись, покатили по слабо освещенной улице. Лампочки не на всех столбах горят. Олег раздвинул шторки на окне, ткнулся лбом в холодное стекло.

- Так, вот они! - старший стоит рядом с водителем, смотрит вперед. Подъезжай, притормаживай и двери открывай. Селиванов и Шнайдер в переднюю дверь, остальные в заднюю.

Тут Олег разглядел жмущиеся к забору горбатые фигуры. С шипеньем и скрежетом разъехались, складываясь, железные доски дверей. С угрожающим криком просыпалась наружу группа захвата. Луч фонаря ударил в испуганно шарахнувшихся мужиков с мешками. Двое их было, парочка, как и обещал участковый. Можно подумать, картошку тащили на плечах. Но милиционеры рано торжествовали победу.

Один из мужиков, согнувшись ещё больше, швырнул свой мешок через плечо на землю, словно борец соперника. Швырнул - это ещё мягко сказано. Если говорить точнее, он его от души хрястнул. Да так, что мешок ахнул, словно живой, екнул, булькнул и затих, быстро съеживаясь.

Второй мужик свой мешок медленно опустил, поставил на траву. Но когда разогнулся, мешок резко скуксился. В луче фонаря что-то блеснуло и скрылось в крапиве у забора. Милицейский начальник взвыл, остальные заматерились. Мужиков поставили к забору, уперев руками в доски. Парень в штатском ворочал мокрые мешки. Автобус развернулся и посветил фарами.