Наталья Матвеева - Трофей

— Привет, крошка! — гнусно улыбнулся один. — Хозяин хочет тебя видеть… Правда, ты как-то хреново вырядилась…

— Да, — с усмешкой подхватил второй, — через эти треники даже аппетитной попки не разглядишь… Ладно, идем и без глупостей.

Они больно подхватили Элли под руки и с силой потащили ее в кабинет босса.

— Эй, эй! Да полегче же! Я вам не мешок картошки! — грубо произнесла Элли, воинственно пытаясь вырваться.

Первый страх и паника прошли, Элли взяла себя в руки. Она действительно не сделала ничего, за что могла бы поплатиться жизнью, и эта мысль вернула ей уверенность в себе, хоть ужас в сердце еще холодил ее. Бугаи посмеивались над ней, издавая в ее адрес пошлые комментарии, но в общем-то, Элли не услышала про себя ничего нового.

Кабинет Джузеппе находился вверх по лестнице, на втором этаже. Один из верзил толкнул массивную дубовую дверь, около которой толпились какие-то люди, и они ввалились в кабинет.

То, что происходило дальше, изменило жизнь Элли навсегда. Она отлично помнила этот переломный момент. Кабинет был просторный и круглый, с окнами, выходящими прямо в зал и на сцену. Посередине стоял огромный, дубовый стол, освещенный несколькими лампами. За ним, в дорогом кожаном кресле сидел Джузеппе и курил сигару. На нем был дорогой малиновый пиджак в клетку, черная рубашка, расстегнутая на верхние пуговицы, обнажающая черные волосы на груди и массивный золотой крест на толстой цепочке, отличные черные брюки и туфли, которые Элли смогла оценить, потому что он сидел, закинув ноги на стол. Образ истинного мафиози довершала черная шляпа, скрывающая еще густые черные, но уже с проседью волосы, и толстая сигара, которую он важно курил.

В кабинете, помимо стола, стояли три кожаных дивана по разным сторонам вокруг стола, но Элли не успела хорошенько рассмотреть — ее грубо толкнули вперед, и она упала на колени на мягкий персидский ковер.

— Вот она, босс. — сказал один из верзил, и Джузеппе кивнул.

Элли подняла голову и… шок и непонимание, как в гонг, ударили внутри нее, а изумление поглотило все остальные возможные чувства. По обе стороны от Джузеппе стояли… Дэн и Кристиан собственной персоной! Элли в ужасе открыла рот, но, кажется, потеряла дар речи. Дэн и Кристиан держались абсолютно развязно и уверенно… Но ужаснее всего было то, что в их руках блестели револьверы, направленные на троих японцев в черных костюмах, двое из которых стояли чуть позади одного, с важным видом восседавшего на диване для гостей и закинувшего ногу на ногу.

Элли и Дэн с минуту в шокированном ужасе смотрели друг на друга… Она видела его испуганный взгляд… В ее голове все перемешалось и помутилось:

— Дэн?!?

— Элли?!? — воскликнули они почти одновременно.

— Что ты здесь делаешь?!? — в ужасе спросил он.

— Я?.. Я работаю в этом баре… — пробормотала Элли, вставая и не имея сил оторвать от него глаз. — А ты?.. Что происходит?.. У тебя… это… пистолет?..

Все присутствующие, включая Кристиана, расхохотались.

— Так-так! — язвительно начал Кристиан, злорадно усмехаясь. — Дэн, ты спишь с этой девчонкой и не знаешь, что она работает в нашем баре??? Вот так сюрприз!

— Что??? — взревел Джузеппе. — Даниэль… Ты спишь с моей танцовщицей???

Элли замотала головой.

— Нет, он спит со своей однокурсницей, студенткой университета.

— Студенткой? — с акцентом презрительно выговорил сидевший японец и встал.

— По вашим законам она уже давно совершеннолетняя. — спокойно махнул ему Джузеппе, выпуская сноп дыма от сигары.

— Что ты хочешь мне предложить? — злобным басом, но как-то противно слащаво улыбаясь, проговорил японец.

Джузеппе довольно улыбнулся.

— Бао, Бао, мой милый друг! Ты ведь так умен, раз сумел вычислить координаты и подбить мой самолет с первоклассным… Нет-нет! С вышеклассным краденым оружием, стоимостью в четыре миллиона долларов, над Тихим океаном в надежде вновь стянуть с меня эту сумму! — при этом Джузеппе выглядел и веселым и злобным одновременно. Элли ощутила его внутренний гнев и безжалостность, она почувствовала его власть над всем и невероятный страх… Кажется, сейчас все станет ясно, но она чувствовала, что для нее случится нечто очень-очень плохое… Об этом свидетельствовал и горящий болью и отчаянием взгляд Дэна и даже серьезный, стальной взгляд Кристиана, в котором вдруг исчезла сияющая насмешка.

Между тем, Джузеппе продолжал:

— Ты ведь такой догадливый… И я знаю, мой золотой, что ты любишь больше, чем деньги…