– Ехайте, – сказал он. – Только начальства вашего там нету. Уехало ваше начальство минут двадцать назад.
– Ну и черт с ним, – с самым беззаботным видом откликнулся Дорогин. – Чем меньше начальства, тем лучше. Правда, отец?
– Это смотря какое начальство, – глубокомысленно заметил дед Мишка. Он хотел добавить, что за таким начальством, которое при каждой встрече сует тебе по сто долларов, лично он, дед Мишка, был бы рад ходить по пятам двадцать четыре часа в сутки, но дверь уже захлопнулась, и автобус укатил.
– Куда это Самарин укатил? – спросил Сергей у Кравцова.
– А я откуда знаю, – пожал плечами тот. – Мужик деловой, мне не докладывает.
Он сразу смекнул, что оставшийся в ресторане Самолет по телефону ввел Владика в курс дела. Самарин неспроста смылся с корабля перед самым их приездом, и теперь Кравцов мучительно ломал голову над вопросом: посвящать Дорогина в то, что в ресторане был еще один человек Владика, или не посвящать?
Так ничего и не решив, он вырулил на причал, по рассеянности чуть не съехав в воду. У него снова мелькнула мысль о том, что это, возможно, было бы наилучшим выходом из сложившейся ситуации, но он тут же отогнал ее: слова Дорогина заронили семя надежды. Надежда хотя слабенькая, но она все-таки была, и, выходя из автобуса, Кравцов все еще колебался: сказать или не сказать?
В конце концов он решил оставить все как есть: пусть Владик и этот сумасшедший разбираются между собой сами, а он, улучив момент, попытается улизнуть. Может быть, эти двое перегрызут друг другу глотки, и тогда он будет свободен.
Дорогин тем временем заложил руки за спину и двинулся к сходням. В правой руке у него был зажат пистолет Шурупа. Кравцов поспешно пристроился Дорогину в затылок, изображая конвоира. На палубе откуда ни возьмись возник загорелый мускулистый бородач в замызганных полотняных штанах, подвернутых до колен. Он как-то странно держал руки, и, только дойдя до середины сходней, Кравцов разглядел, что в руках у него автомат – тупорылая импортная машинка, способная в считанные секунды превратить человека в ситечко для чая. Лицо бородача было Кравцову смутно знакомо, и он приветливо замахал рукой.
– Здорово, братан! Узнаешь?
Бородач вгляделся и кивнул.
– Узнаю, – сказал он. – Что надо?
– Как что? – очень натурально удивился Кравцов, стараясь не слишком заметно бегать глазами от автомата к зажатому в ладони Дорогина «ТТ». – Владик велел доставить этого человека.
– А, – сказал часовой. – Так он уехал.
– Да я в курсе, мне сторож сказал. А этого куда?
– А я знаю? Ну, запри его в инструменталке.
– Так там же эта баба, – сказал Кравцов.
– Не, – лениво ответил бородач. – Бабу Самарин увез.
Дорогин многозначительно шевельнул спрятанным за спиной пистолетом, и Кравцов опять удивился.
– Увез? Как увез? Куда?
– А черт его… Кажется, к старпому домой, в Ильичевск.
– А адрес?
– А зачем тебе адрес? – насторожился бородач.
– Мне Владик срочно нужен. Доложить, и вообще…
– Тенистая, восемь, – лениво ответил часовой.
Кравцов словно наяву увидел, что сейчас произойдет. Пуля часовому, а потом вторая серия кошмара: поездка в Ильичевск и штурм усадьбы старпома, в котором ему придется принимать самое непосредственное участие. Живым не уйти, понял он. Либо Владик шлепнет, как предателя, либо этот псих догадается, что он ему не все сказал, и тоже шлепнет.
– Слышь, братан, – сказал он часовому и скорчил страшную рожу, указывая глазами на Дорогина. Часовой удивленно приподнял брови, не в силах понять, чего от него хотят. – Ты, это… Мочи его, это чужой!
Дорогин, который, как в зеркале, видел гримасы Кравцова в удивленно приподнятых бровях часового, не оборачиваясь, выстрелил назад и тут же, вскинув руку, еще раз нажал на спусковой крючок.
Кравцов схватился за простреленное бедро и головой вперед упал в узкую щель между стенкой причала и бортом «Москвички», с тяжелым плеском погрузившись в грязную стоячую воду затона. Вслед за ним полетел автомат вахтенного, а сам бородач, прижав ладони к пробитой груди, медленно опустился на колени и лицом вниз повалился на палубу.
Откуда-то из внутренних помещений корабля раздался топот бегущих ног, но Дорогин на несколько секунд задержался на сходнях, вглядываясь в колышущуюся под ногами полосу грязной воды. Наконец радужная нефтяная пленка раздалась в стороны, и на поверхности появилась голова Кравцова. Водитель отфыркивался и жадно хватал ртом воздух, беспорядочно молотя руками по воде.
Читать дальше