– Добрый вечер, – произнес Смирнов. – Надо сделать укол. Вы должны много спать.
Женщина ничего ему не ответила. Она молча следила за движениями Смирнова. Он долго учился обращаться со шприцем и теперь уверенно держал его в руке. Когда он коснулся своими горячими пальцами прохладного запястья женщины, она вздрогнула.
– Все будет хорошо, – успокаивающим тоном произнес Смирнов; он проткнул иглой загорелую кожу.
Обхватив коленями водосточную трубу, Джоджо карабкался вверх. Держась цепкими грязными пальцами за выступ стены, он подтянулся; вскоре ему удалось встать на выступ. Он замер, перевел дыхание. Внизу он видел Саду, нервно шагающего туда-сюда возле своего автомобиля. Джоджо прильнул к мокрой от дождя стене. Прямо под ним остановился черно-белый «ситроен» «скорой помощи». Крупный седой мужчина в белом халате покинул место водителя.
Это не заинтересовало Джоджо. Он посмотрел на следующий выступ, тянувшийся десятью футами выше. Джоджо продолжил свое восхождение. Ему пришлось пережить опасный момент. Труба была мокрой, скользкой. В какой-то миг китайцу показалось, что ему не удержаться; он балансировал между жизнью и смертью. Проскользив вниз три фута, Джоджо замер и злорадно усмехнулся. Он не боялся смерти. Ради больших денег он был готов пойти на риск.
Саду следил за напарником. Когда Джоджо едва не сорвался, Саду в ужасе втянул в себя воздух. Темная фигурка парня поднялась на карниз четвертого этажа; передохнув минуту, Джоджо полез на пятый этаж.
Капли дождя падали на разгоряченное лицо Саду. Он слышал, как бьется его сердце. Еще одна стайка оживленно беседующих и смеющихся медсестер, покинув больницу, прошла мимо Саду. Боясь, что его запомнят, Саду сел в автомобиль и дрожащей рукой закурил сигарету. Он обрадовался тому, что нашел предлог не смотреть, как Джоджо передвигается по карнизу, заглядывая в поисках Эрики Ольсен в освещенные окна.
Джоджо не знал, что убитая им медсестра обманула его. На пятом этаже не было женских палат.
Он все еще, чертыхаясь, двигался по выступу, когда элегантный черный «мерседес» подкатил ко входу в здание. Вышедший из машины Гирланд захлопнул дверцу. Краем глаза он заметил стоявший в тени «ситроен» «скорой помощи». Этот автомобиль не привлек его внимания: возле больниц часто стоят машины «скорой помощи».
Он взбежал по ступеням подъезда и вошел в холл.
– Месье? – окликнул его служащий приемного покоя, строго посмотрев на Гирланда. – Время посещений уже истекло.
– Мне нужен доктор Форрестер, – без задержки отозвался Гирланд.
– Его уже нет. Он ушел домой.
– Мне надо забрать жену, – сказал Гирланд. – Она лежит в палате номер 140. Вы ее знаете?
Лысеющий маленький администратор с темными мешками под глазами немного оживился. Кто в больнице не слышал о пациентке с татуировкой?
– Это женщина, которая потеряла память?
– Да, – сказал Гирланд. – Я забираю ее домой. Кто ею занимается?
Администратор раскрыл регистрационный журнал, посмотрел в него и произнес:
– Меня предупредили… вы – месье Гирланд?
– Верно.
– Медсестра Рош. – Он позвонил по телефону и сказал: – Она сейчас спустится.
Гирланд удержался от соблазна закурить. Он внезапно почувствовал, что голоден. Все произошло слишком стремительно. От Дори он направился в гараж, где прослушал лекцию о спецоборудовании машины; заехав к себе, взял бритвенные принадлежности и другие предметы первой необходимости, после чего помчался в больницу. Времени поесть у него не было. Теперь ему предстояло проехать девятьсот километров с женщиной, от которой следовало ожидать уйму хлопот. Ночь будет не из легких, подумал он, покачав головой.
Молоденькая медсестра вышла из лифта. Ей не было и двадцати. Ее живое маленькое личико и веселые глаза привлекли внимание Марка.
– Вы приехали за вашей женой, мистер Гирланд?
– Совершенно верно.
– Доктор Форрестер меня предупредил. Вы на машине?
– Да. Как она себя чувствует? Она способна ехать в автомобиле?
– Да. Доктор Форрестер находит ее состояние удовлетворительным. Она может ехать в машине.
– Тогда идем к ней.
Когда они подошли к лифту, медсестра, которую звали Джинни Рош, спросила Гирланда:
– Мы все тут умираем от любопытства, мистер Гирланд. Сделать эту татуировку было вашей идеей?
Гирланд с серьезным выражением лица посмотрел на девушку:
– Нет. Это старая семейная традиция. Вы бы видели ее мать.
Глаза медсестры округлились.
Читать дальше