Чины имели большое значение для Вилли Джексона. Любой капитан внушал ему почтение, в присутствии майора Джексона бросало в жар, приближение полковника превращало его в немого идиота.
Больше всего на свете Джексон мечтал получить звание полковника до тридцати лет. Увидев атлетически сложенного человека в безукоризненной форме с тремя нашивками, он почувствовал, что у него пересохло во рту, и тотчас взял на караул, грохнув прикладом о пол.
Смирнов, еще не успевший привыкнуть к новой форме, протянул руку к револьверу, который висел у него на поясе, и посмотрел на Джексона. Он уже знал кое-что о солдате. Смирнов надеялся, что Джексон не доставит ему хлопот.
– Что вы здесь делаете, рядовой? – рявкнул он, остановившись перед Джексоном.
– Стою на посту, сэр, – ответил Джексон; на его веснушчатом лице выступили капельки пота.
Впервые за всю службу Джексона старший офицер обратился к нему.
– В какой палате находится генерал Уэйнрайт?
– В 147-й, сэр.
– Вы охраняете генерала Уэйнрайта?
– Нет, сэр. Женщину из 140-й палаты.
– А, эту… – Смирнов немного успокоился. Он не думал, что все окажется так просто. – Я читал о ней. Вольно, рядовой.
Джексон расслабился. Взгляд его наивных голубых глаз наткнулся на темные глаза-бусинки Смирнова. Джексон тут же отвел взгляд.
«Вот это человек! – подумал Джексон. – Образец для подражания! Надо научиться так смотреть на людей».
– Вы видели эту женщину? – спросил Смирнов, засунув большие пальцы в карманы брюк.
– Нет, сэр.
– Говорят, у нее на ягодице вытатуированы три китайских иероглифа. Это правда?
– Не знаю, сэр.
– Как здоровье генерала?
– Не знаю, сэр.
– Рядовой первого класса, вы счастливый человек. – Смирнов начал получать удовольствие от беседы. – Вам и дела нет до всех этих чертовых генералов. В какой палате, вы сказали, лежит старый хрен?
Джексона передернуло. Он преклонялся перед генералом Уэйнрайтом. Тон Смирнова шокировал солдата.
– В 147-й, сэр.
– О’кей, рядовой.
Смирнов зашагал по коридору уверенной походкой, расправив плечи. У него был вид настоящего полковника. Вдруг он остановился и, повернувшись, чертыхнулся.
– Эй… рядовой!
Джексон снова вытянулся в струнку:
– Да, сэр!
– Спуститесь к моему джипу. Я забыл там проклятый портфель!
Джексон непроизвольно шагнул к лифту, потом замер:
– Извините, сэр. Я нахожусь на посту.
Смирнов едва удержался от смеха, почувствовав испуг солдата.
– Я вас отпускаю! Я же здесь, верно? Принесите мой портфель.
– Есть, сэр!
Джексон нажал кнопку вызова лифта; когда двери открылись, он шагнул в кабину и поехал вниз.
Возле больницы стоял армейский джип. Джексон подбежал к машине. Двое рядовых первого класса разговаривали, стоя возле автомобиля. Они повернулись к Джексону.
– Портфель полковника, – выпалил Джексон.
– Пожалуйста, – отозвался один из солдат.
Дальнейшее произошло так быстро, что Джексон не успел ничего понять. Солдат, стоявший ближе к Джексону, ударил Вилли в челюсть кастетом. Его напарник подхватил винтовку, выпавшую из рук Джексона. Первый солдат запихнул потерявшего сознание Джексона в джип, протянул своему товарищу пухлый портфель, накрыл рядового брезентом и быстро уехал.
Кордак, оставшийся солдат, бросился в больницу. При входе он замедлил шаг, кивнул сидевшему в приемном покое служащему, который бросил на него скучающий взгляд, вошел в кабину лифта и поднялся на четвертый этаж.
Смирнов прогуливался по коридору.
– Ну?
Кордак, худощавый темноволосый молодой человек с мордочкой хорька, уже давно работал на Смирнова. Он кивнул и усмехнулся:
– Все в порядке.
Он отдал Смирнову портфель, закинул винтовку на плечо и начал прогуливаться по коридору.
Смирнов скрылся в ближайшем туалете. Он вытащил из портфеля белый докторский халат и надел его на военную форму. Сунул фуражку с высокой тульей в корзину для грязного белья. Извлек из портфеля стетоскоп, который повесил на шею, а также маленькую плоскую коробочку со шприцем и ампулу с бесцветной жидкостью. Его движения были быстрыми: за несколько секунд американский полковник превратился в деловитого больничного доктора.
Он вышел в коридор.
Кордак направился к Смирнову.
– Раздобудь каталку! – приказал тот. – Они должны стоять где-то на этаже!
Смирнов торопливо зашагал по коридору к палате номер 140. Открыл дверь и зашел в полутемную комнату, где на больничной койке лежала женщина. Золотистые волосы обрамляли ее красивое белое лицо. Крупные темно-синие глаза сонно посмотрели на приблизившегося к кровати Смирнова.
Читать дальше