– Это у него зайцы, что ли, на поясе висели? – спросила Линза. – И когда только успевает?!
– Потому что Кок прирождённый охотник, – похвалил друга Гарпун.
– Ну, я тоже не пальцем деланая, да и зрение у меня получше, – сказала Линза. – Вот только я пока ни одного не заметила.
– Так ты просто не туда смотришь, – съязвил подошедший с очередным грибом Штамп. – Да и Кок один идёт, а мы толпой, к тому же, говорим, не переставая.
– Вали уже, умник, – пихнул его Гарпун в плечо. – Нечего здесь к моей девушке приставать.
– Ничего, вот устроимся в Нижнем, я себе тоже заведу, – хохотнул Штамп и, увидев очередной гриб, кинулся за его добычей.
– Заведёт он, – крикнула ему вслед Линза. – Мы тебе что, козы?
Штамп ничего не ответил, лишь отмахнулся рукой, как от надоедливой мухи.
– Ты смотри, он ещё руками на меня машет, – возмутилась она и пригрозила ему кулаком. – Ну, попадись мне только.
– Тёть, прости засранца, – с улыбкой во все тридцать два зуба извинился Штамп. – Я больше не буду на тебя руками махать.
– Ладно, – смилостивилась она. – Живи, пользуйся моей добротой.
От этих шутливых перепалок настроение начало немного улучшаться, а может и привыкать начал к плохой погоде. Тропа в очередной раз вильнула, и за поворотом нас дожидался Кок. Он сидел на пеньке и обдирал зайцев.
– Привал, – скомандовал я, посмотрев на часы. – Вон Кок уже обедом занимается.
– Пожрать – это хорошо, – обрадовался Штамп. – Линз, а замути опять той гречки с грибами и зайчатиной.
– Долго это, – отказалась она. – На вечер давай, на ужин.
– Эх, зря я, что ли, грибы собирал? – вздохнул он.
– Давай похлёбки сделаю, с грибами твоими, – предложила Линза. – Тоже вкусно будет.
– Давай, Линза, сейчас жидкого и горячего полезнее будет, – встрял я в выбор меню. – Замёрз я, как суслик.
Мы принялись за готовку всем скопом. Есть уже действительно хотелось. Кок разделал зайцев, одного завернул в тряпицу, на ужин, второго разделил на части и кинул в кипяток. Штамп ковырялся со своими грибами, Гарпун занялся картошкой, а Линза руководила процессом. Вскоре обед был уже готов, мы сели вокруг костра и принялись с удовольствием поглощать вкусный суп.
– Кок, далеко нам ещё? – спросил Гарпун. – Что-то мне кажется, что мы уже придти должны.
– Тебе кажется, – в своей манере ответил он. – Мы даже половину пути ещё не прошли.
– А где мы сейчас? – спросил уже Штамп.
– К вечеру должны к реке выйти, – немного подумав, сказал Кок. – Дальше лесом километров тридцать до Выксы, а там можно по старой дороге шагать.
– Не опасно, по дороге-то? – спросил я.
– Там уже другие законы, – ответил Кок. – Опасно будет. Только иначе, привычнее.
– Думаешь, не сунутся? – спросил я, имея ввиду преследователей.
– Может и сунутся, – пожал Кок плечами. – Только тут знать нужно.
– Что знать? – не понял я.
– Как идти и с кем говорить, – дополнил Гарпун. – А в кого лучше и вовсе стрелять сразу.
– М-да, понятно, что ничего не понятно, – хмыкнул я.
– Да тут в двух словах не расскажешь, – сказал Гарпун. – Вот устроимся, приживёмся, сам всё поймёшь.
– Ладно, конспираторы, – согласился я. – Собираемся, и в путь, хорошо бы сегодня через реку переправиться.
– С этим проблем не будет, – сказал Кок и, закинув рюкзак за спину, шагнул дальше по тропе.
– Вот вечно он так, – посмотрев ему вслед, сказал я. – Скажет "А", и дальше думай сам.
– Он с детства такой, – сказал Гарпун.
– Угу, загадочный, – добавил я, и все дружно поржали.
После обеда настроение заметно улучшилось, идти стало веселей. Болтали обо всём и ни о чём. Кок изредка появлялся на глаза, указывая повороты и тропы на развилках. Вот же нелюдимый тип. И ведь ему в самом деле нравится идти одному. Иногда мне кажется, что мы ему даже мешаем.
К реке мы вышли, как и планировали, ближе к вечеру. Кок велел нам оставаться на берегу, а сам куда-то исчез. Куда именно, выяснилось примерно через час. Он привёл точно такого же мрачного типа, как и сам. Отличались они только тем, что мужик был с огромной пушистой бородой и при этом имел абсолютно голую башку. Было видно, что он её не брил, а облысел нормальным, природным способом. Я невольно сразу же окрестил его Бородачём.
– Вам переправа? – спросил Бородач. – Десять медяков с человека.
– Нифига себе, дядя, а не слишком ли ты ломишь?
– Можешь вплавь, – спокойно пожал плечами тот.
– Вы не братья? – спросил я, кивнув Коку, невольно подражая скупости в словах.
Читать дальше