Сергей Самаров - Хозяин гор

После чего он позвонил Рагиму и спросил:

— Ну что, слышал наши взрывы? Хоть что-то до вас донеслось?

— Нет, эмир, не было слышно ничего похожего на взрывы. Боюсь, вы только зря потратили заряды. Наши товарищи, потерявшиеся в горах, тоже, я думаю, не должны были ничего слышать.

— Тогда в быстром темпе двигайся в сторону лагеря. Может, и нагонишь наших людей. Кстати, я выслал тебе навстречу носильщиков. Скоро, думаю, ты встретишься с ними. Проводник у них хороший, местный парень. В горах прекрасно ориентируется. Я ему даже карту дал с обозначением маршрута. Этот человек точно не заблудится.

— Хорошо, эмир, мы увеличиваем темп, — сказал Рагим.

После этого он убрал телефон в карман и быстро догнал моджахеда, идущего замыкающим. Этот боевик и еще один, возглавляющий колонну, не несли на своих плечах никакого груза. Да еще Рагим, командир этой группы.

Время от времени он менял ведущего и замыкающего. Тогда эти люди забирали ношу у тех, которые вставали на их места.

Ведущий задавал темп общему передвижению, но не оборачивался, чтобы посмотреть, насколько джамаат растянулся, не отстает ли кто-то, не требуется ли снизить скорость. А вот замыкающий, наоборот, следил, чтобы интервал между моджахедами всегда оставался неизменным. Если случалось, что кто-то из них начинал отставать от человека, идущего впереди, то замыкающий прикрикивал на него.

Если его не слышали, что чаще всего случалось на достаточно крутом подъеме, то вперед устремлялся Рагим. Он говорил уставшему боевику пару слов, подбадривал или пристыжал его, после чего возвращался на свое место рядом с замыкающим. Обычно этих действий командира хватало для того, чтобы строй выровнялся. Моджахеды умели пересиливать себя.

Карта была не только у проводника носильщиков, которые вышли навстречу Рагиму, но и у него тоже. Он давно уже наметил место для привала, где можно будет отдохнуть, вытянуть руки и ноги, попить воды из ручья, протекающего неподалеку.

Но вести туда весь джамаат Рагим не стал. Он не хотел пропустить мимо себя носильщиков, посланных эмиром, или боевиков, заблудившихся в горах. Поэтому Хасбулатов шел по маршруту, отмеченному на карте.

Когда его группа подошла к перевалу, за которым находилось место привала, Рагим передал по цепочке рубленые фразы команд:

— Внизу привал. Ведущий берет пустую бутыль и идет направо, через проход между двумя красными скалами. Там ручей. Приносит воду на всех.

С приближением привала моджахеды, особенно те, которые находились впереди, пошли заметно быстрее, стремясь выкроить на отдых лишних несколько секунд. Они хорошо знали, что их командир не позволит никому задержаться, когда отправит джамаат в дальнейший путь, и стремились использовать момент.

Сам Рагим вместе с замыкающим, который шел в трех шагах впереди, только еще подходили к перевалу, когда услышали короткую автоматную очередь. Стрелял кто-то из его передовых моджахедов, потому что это однозначно была очередь из автомата АК-47. Калибр семь шестьдесят два звучит совсем иначе, чем пять сорок пять. Но очередь тут же прервалась, словно ствол автомата чем-то захлебнулся. Пули твердые, ими можно только подавиться. А вот стрелок запросто мог захлебнуться своей кровью.

При этом встречной пальбы слышно не было. Однако Рагим прекрасно помнил минувший вечер, когда спецназ стрелял из автоматов с глушителями и разобрать можно было только лязганье затворов. Сейчас Хасбулатов не мог уловить даже этого звука. Видимо, расстояние не позволяло.

Очередь, выпущенная одним из передовых бойцов, скорее всего, говорила о том, что джамаат попал в засаду или неожиданно лицом к лицу столкнулся с противником. Конечно, была некоторая вероятность и встречи с носильщиками, посланными эмиром навстречу группе Хасбулатова. Очередь могла прозвучать от неожиданности. Боевик, давший ее, быстро понял, кто перед ним.

Это могла быть и встреча с моджахедами, потерявшимися в горах. Именно такой вариант был бы, конечно же, самым лучшим для эмира Сиражутдинова. Однако неприятно было бы потерять одного, а то и двух моджахедов в безобидной ситуации.

Все эти мысли стремительно промелькнули в голове Рагима. Они оборвались, когда вдруг упал на спину боец, идущий перед замыкающим. Хасбулатов отлично видел, как раскололась от пуль его голова, полетели в разные стороны брызги черной головной крови и мозговой жидкости.

Хасбулатов залег, спрятался за высшую точку перевала. Впереди бросился на землю моджахед, замыкающий строй. Он это сделал вовремя, потому что пули тут же засвистели над его головой, заставили боевика спуститься чуть ниже и вжаться в землю.