Б. Седов - Рок

- И вас обоих когда-нибудь расстреляют туманным утром у крепостной стены.

- Здесь тебе не Испания. Здесь сажают на электрический стул.

- Тоже нормально. Я бы посмотрел. Ты мне лучше скажи, заинтриговала ты его или нет?

- Ха! Я заинтриговала его так, что он теперь ночей спать не будет, пытаясь догадаться, что же у меня за тайные планы. Я использовала самый верный способ. А именно - сказал ему всю правду.

- Что значит «всю правду»? - забеспокоился Знахарь.

- А то и значит. Я сказала, что эта русская неделя - только для отвода глаз, что у меня другие цели, что со временем общественность, в том числе и он, узнает все, и это окажется не таким интересным, как ему кажется сейчас. В общем, дала ему понять, что по бабской привычке делаю секреты на ровном месте.

- А он что?

- Он сверкнул глазами и сказал, что я поразила его в самое сердце. Обещал взорвать «Пэсифик Холл», если я откажу ему в свидании.

- Ого!

- Вот тебе и «ого»! Он, в отличие от некоторых, ведет себя, как настоящий влюбленный джентльмен. Не то что ты. Хвать меня в воде и давай трахать без разговоров. Чуть океан из берегов не вышел.

- А как еще с вами обходиться?

- Вот я сегодня и узнаю.

- Между прочим, в океане ты сама ко мне пришла.

- Ну и пришла.

Разговор перешел в фазу приятной болтовни ни о чем, но в это время в трубке у Маргариты раздался мелодичный сигнал.

- Извини, - прервала она себя на полуслове, - звонят по второй линии. Это, наверное, за мной лимузин приехал.

- Ладно, сердцеедка, ни пуха.

- К черту тебя, - ответила Маргарита и переключилась на вторую линию.

В трубке раздался вежливый голос администратора:

- Миссис Левина, за вами приехала машина.

- Благодарю вас, - ответила Маргарита и повесила трубку.

Поднявшись из кресла, она снова подошла к зеркалу, вильнула несколько раз бедрами, скорчила несколько ужасных рож, сладко улыбнулась напоследок и сказала:

- Красота - страшная сила.

Закинув на плечо дамскую сумочку, она вышла из номера.

- И вам никогда не хотелось бросить все и уехать из России навсегда?

Задав этот традиционный вопрос, Марафет положил салфетку и, открыв коробочку красного дерева, достал из нее дорогую сигару ручной крутки.

Столик, за которым они сидели, стоял на каменной террасе, открытой в сторону океана. Кроме них, на террасе не было никого, и ничто здесь не напоминало о том, что это ресторан, что где-то еще сидят другие парочки, что администрация считает деньги, что бармен в этот момент втягивает в туалете очередную дорожку кокаина.

Сверху - далекое темно-синее небо, в котором уже начали появляться звезды, снизу - огромный выпуклый океан, светящийся всеми оттенками синих чернил. На поверхности воды шевелилась и переливалась расплавленная золотистая полоса, уходившая вдаль, прямо к распухшему красному шару заходящего солнца, прикоснувшегося к горизонту.

Маргарита посмотрела на собеседника и тонко улыбнулась.

Вот сидит она за шикарно сервированным столиком, напротив - нормальный и даже симпатичный мужик средних лет, ничто в нем сейчас не напоминает бандита, убийцу и вымогателя, наоборот - любезный и предупредительный, вежливый и остроумный…

Сидел бы тут вместо него Знахарь, Костя, Костенька…

Она вздохнула и ответила:

- Конечно, хотелось. Но для того, чтобы жизнь в чужой стране не превратилась в унылый ад, нужны деньги, которые, как известно, дают свободу.

- И вы хотите сделать эти деньги здесь?

- Ах, Георгий, - Маргарита, естественно, называла Марафета по имени, - вы, конечно, умны, но, прошу вас, не надо пытаться узнать мою тайну.

- Хорошо, - засмеялся Марафет, - я вижу, что вас не проведешь.

- Вот именно, - согласилась Маргарита. - А насчет денег… Я не первый раз за границей и не первый раз в Америке. Мне приходилось и работать здесь, чтобы кушать и одеваться. Всякое бывало. И здесь я поняла одну вещь.

- Ну-ка, ну-ка. - Марафет заерзал, устраиваясь поудобнее и всем своим видом показывая, что ему чрезвычайно интересны рассуждения этой прекрасной и безусловно умной женщины.

Он не притворялся. Маргарита виделась ему именно такой.

- Для того, чтобы любить и дружить, нужно время, - сказала Маргарита, - я имею в виду свободное от других занятий время. Любовь и дружба - действия, тоже требующие времени. Действия очень приятные, но вовсе не обязательные. А обязательные - те, которые обеспечивают существование и не имеют никакого отношения ни к дружбе, ни к любви. В России люди могут наплевать на все ради любви и дружбы.