Ян Блейк - Эгейская компания

– Ну и шуточки у тебя, Билли, – прохрипел сержант.

Барнсуорт убрал руку с горла товарища и вложил пистолет в кобуру.

– Нужно было убедиться, что это действительно ты собственной персоной, – шепотом оправдывался Барнсуорт. – Должен тебе сообщить, что ты здесь разворошил осиное гнездо.

– Я попал в этих гадов? – жадно спросил Тиллер.

– Мне-то откуда знать? – возразил напарник. – Последние сорок минут я был занят только тем, чтобы удержаться за задницу причала. Между прочим, ты явно не спешил на встречу со мной, а сейчас пора сматываться.

Барнсуорт подтянулся на стояке, перебрался на другой и осторожно опустился на переднее сиденье лодки, стоявшей возле каменной стены. Тиллер последовал за ним по воде и влез на заднее сиденье лодки с кормы, снял с пояса флягу с бренди, сделал хороший глоток и передал посуду Барнсуорту.

– Теперь что? – спросил шепотом у напарника. – Подождем, пока они успокоятся или как?

Барнсуорт развернулся, вытянул руку и показал светящийся циферблат наручных часов.

– У нас нет времени, – прошептал он. – Небо очистилось, и через час выйдет луна. Если нам повезет, немцы по-прежнему будут искать в районе гавани и сюда не сунутся, но все равно пора уходить.

Работая одним веслом, они осторожно вышли из-под деревянного настила причала, а когда убедились, что им ничто не угрожает, постарались как можно быстрее отойти дальше в море, держа курс на восток.

Когда причал пропал во тьме за их спинами, они остановились, чтобы вставить в уключины по два весла. В порту по воде по-прежнему бегали лучи прожекторов, и в гавани Эмборикос не стихал пожар. Однако задерживаться не стали и гребли изо всех сил, держа по компасу курс на 160 градусов.

Холод, еще недавно сковывавший Тиллера, сменили разлившаяся по всему телу теплота и чувство радости от выполненного долга, и он загребал веслами с нарастающим энтузиазмом. Через час впереди замаячил мыс, за которым их должен был поджидать итальянский корабль.

Приблизившись к оконечности мыса, повернули на восток и стали подавать фонариком сигналы в сторону моря. Через час по правому борту обозначился силуэт корабля, после чего можно было сушить весла, и вскоре сверху протянулись руки, чтобы помочь взобраться на борт.

– Я намерен представить тебя к награде, – возбужденно тараторил радостный Мейген. – А если бы ты не вернулся, я бы попробовал добиться, чтобы тебя посмертно наградили крестом королевы Виктории.

– Что ж, Тигр, ты сделал все, что мог, – вставил Ларсен.

– Спасибо на добром слове, шкипер, – устало ответил Тиллер.

Ему все время мешали спать налеты «юнкерсов», бомбовые удары которых превратили за день порт в руины. Немцы сразу догадались, откуда был проведен рейд на Родос, и теперь пытались отомстить.

Ларсен сообщил, что немцы, один за другим прибиравшие к рукам малые острова, приблизились к Сими, установив контроль над Пископи, и Тиллер старался не думать о том, какая судьба постигла Джованни и его родственника.

– Как вы думаете, шкипер, почему у меня ничего не вышло?

– Не вышло? – переспросил Ларсен. – Я бы так не сказал. Тебе удалось взорвать добрую половину пристани.

– Но в эсминцы я же не попал, – напомнил Тиллер.

Он изначально понимал, что шансов на успех практически нет, и все-таки очень переживал из-за своей неудачи.

– Однако, по данным воздушной разведки, они стоят на прежнем месте, – вмешался в разговор Мейген. – Возможно, ты нанес им повреждения и помешал выйти в море.

– Ребята проделали буквально чудеса с прогулочным катером, и все сработало как надо, – сказал Тиллер. – Не могу понять, что же произошло. Лодка шла строго по курсу.

– Может, на пути встретились какие-нибудь обломки, – предположил Ларсен. – Ведь катеру достаточно было натолкнуться на что-нибудь плавающее на поверхности, чтобы курс изменился. Не повезло, конечно, но ничего не поделаешь.

– И что теперь будем делать, шкипер?

Ларсен задумчиво почесал подбородок и сказал:

– Нас только что проинформировали из Бейрута, что наш флот намеревается собрать воедино достаточно сил, чтобы эвакуировать гарнизон с Самоса. Так смотрится, что фрицы планируют там вскоре высадиться. Бейрут хотел бы знать, что мы намерены предпринять, поскольку наш друг, командующий флотилией Левант, и командование Восточного Средиземноморья не желают рисковать судами для спасения гарнизона в условиях, когда в любой момент в море могут выйти два эсминца противника. Они могут легко и свободно сорвать всю операцию. В общем, если мы ничего не сможем предпринять, пять тысяч солдат на Самосе попадут как кур в ощип.