Ян Блейк - Эгейская компания

– В моторах разбираешься? – спросил Мейген.

В ответ Тиллер отрицательно мотнул головой.

– Тиллер ремонтом не занимается, – усмехнулся Ларсен. – Он все больше по части разрушений, не так ли, сержант?

– Хорошо бы, если бы кто-то догадался взорвать танк, с которого сняли этот проклятый двигатель, – проворчал Брайсон, ни к кому не обращаясь. – Он с самого начала выкидывал разные штучки, и я им об этом говорил еще в Бейруте.

Мейген недовольно взглянул на часы. Светящиеся стрелки показывали половину третьего ночи. Скалистый берег Турции казался близко, слишком близко. Четверть часа Брайсон работал в полном молчании, если не считать отрывочных ругательств.

– Думаю, нам лучше поднять парус, – предложил наконец Мейген. – По крайней мере, нам удастся держаться подальше от берега, и нас не унесет течением слишком далеко от курса.

Тиллер не чувствовал ни малейшего дуновения ветра, но как только подняли паруса, они вздулись, и каик перестал беспомощно качаться на волнах. Шхуна понеслась вперед, и ее продвижение, как заметил Тиллер, было иным, чем при работающей машине. Теперь шхуна не зарывалась носом в волну, а легко и свободно пролетала по гребням.

Мейген и Ларсен расстелили карту на коленях и стали изучать ее при свете фонарика.

– На мысе Алупо находится турецкий пункт береговой охраны, – сообщил Мейген. – Я надеялся, что мы проскочим мимо, когда будет еще темно.

– Могут быть неприятности? – поинтересовался Ларсен.

– Никаких гарантий. В девяти случаях из десяти они даже не смотрят в нашу сторону. Но сейчас ничего не остается, как спрятать вас в трюме. Возможно, придется переждать дневное время где-нибудь в заливе Дорис, а вечером пойдем к Сими. У нас припасены камуфляжные сетки, так что никто нас не обнаружит даже с воздуха.

– Мне приказано быть в Сими сегодня, Эндрю, – напомнил Ларсен. – Нам нужно добраться до итальянского гарнизона до того, как это сделают немцы.

– Ну что ж, я готов, если настаиваешь, – согласился Мейген.

Через час взревела и ритмично заработала машина. Мыс Алупо прошли как раз в тот момент, когда солнечные лучи начали сжигать ночной туман на море. Проходя мимо пункта береговой охраны, приспустили флаг в знак уважения, но ответа не последовало, и спустя полчаса они взяли курс на Сими и главный порт острова, где находился штаб итальянского коменданта.

Вскипятили воду, заварили чай и стали разбирать бисквиты и джем, и в этот момент Гриффитс, игравший роль впередсмотрящего, закричал:

– Самолет, сэр. По левому борту. По-моему, гидроплан.

Мейген выплеснул чай в море и распорядился:

– Всем пассажирам немедленно покинуть палубу. Всем в трюм.

– Расчехлить орудие? – предложил Гриффитс.

– Нет, просто проверь, прикрыто ли оно фоком. И посмотри, чтобы байдарка была надежно укрыта главным парусом.

– Слушаюсь, сэр.

– Джок, мы сможем увеличить скорость так, чтобы не развалилась наша посудина?

– Сомневаюсь, сэр.

– Все равно попробуй.

– Слушаюсь, сэр.

Приказы отдавались четко и ясно и выполнялись легко и беспрекословно. Согнувшись в три погибели в крохотном трюме, Тиллер решил для себя, что, скорее всего, команда шхуны знала все, что нужно знать, и о надраенных добела палубах, и сверкающей медяшке.

– Убери бинокль, Гриффитс, – приказал Мейген матросу. – Если летчик заметит блеск стекол, у него появится серьезный повод для того, чтобы разнести нас в щепки. Турецкие рыбаки не так много зарабатывают, чтобы покупать бинокли.

Теперь уже все слышали гул мотора самолета. Казалось, он двигался очень медленно и на большой высоте. Время от времени покачивал крыльями, как если бы пилот хотел получше рассмотреть, что происходит внизу. Самолет прошел на север от ЛС8, потом развернулся и лениво двинулся назад.

– Машите руками! – распорядился Мейген, когда самолет с черными крестами люфтваффе на крыльях и фюзеляже прошел над их головами с кормы. В ответ летчик покачал крыльями.

Самолет прошел на юг, а потом развернулся и вновь направился в их сторону.

– Никогда раньше такого не видел, – признался Мейген.

– Кто-нибудь из вас что-нибудь знает о немецких самолетах? – прокричал он в трюм.

– Совсем немного, – вызвался Тиллер.

– Соблюдай осторожность и выгляни наружу. Может, определишь, с кем мы имеем дело.

Тиллер высунул голову из люка и увидел приближающийся с кормы самолет. Прикрыл ладонью глаза от солнца.

– Берет, твою мать! – возбудился Мейген. – Сними берет!