Пиявки между тем облепляли его со всех сторон. Самые мерзкие заползали под мышки, на лицо и в пах, где была наиболее тонкая кожа.
Боли Роман не чувствовал, но тем страшнее было видеть свое кровоточащее тело, с которого скатывались шариками те, что уже напились и на место которых ползли легионы других.
Он почувствовал, что слабеет. Если его подержат в таком положении еще несколько минут, он умрет от потери крови.
– Стой! – закричал он. – Я все скажу.
– Сначала скажи, – потребовал Хуан. – А потом я тебя освобожу. Ну!
Послышался нежный посвист. Хуан вдруг дернулся, его безумные глаза выкатились из орбит и застыли. Он потянулся к шее, из которой торчала длинная тонкая стрела, покачнулся и упал лицом в месиво из пиявок. И больше не шевелился.
Вокруг продолжало свистеть. Гогочущие, одурманенные наркотиками бандиты не сразу поняли, что происходит. А когда поняли, было слишком поздно.
Большая часть из них была перебита стрелами. Других прикончили пангами вырвавшиеся из леса полуголые люди в набедренных повязках. Несколько свирепых взмахов – и все затихло.
К Роману подскочили Ти и еще двое охотников. Его подняли на ноги и принялись сноровисто обдирать присосавшихся пиявок. Те, что еще не успели впиться, дождем сыпались с него.
– Excuzes-moi d’être en retard, [12]– прошептала Ти.
– Mieux vaut tard que jamais [13]– отозвался Роман, больше всего жалея о том, что руки у него связаны и он не может обнять ее.
Через двадцать минут он стоял на берегу. Рюкзак уже лежал в катере. Пока Роман заканчивал приготовления, Ти о чем-то переговаривалась с профессором. Роман надеялся, что, возможно, она заставит его одуматься, и не мешал им.
Но время не ждало. До рассвета не так много, а он должен пройти еще тридцать миль.
Охотники тоже были готовы отправиться в обратный путь. Чой лежал на носилках. Его забирали с собой, чтобы похоронить по своим обычаям. Роман подошел к старому партизану, прошептал слова благодарности. Затем пожал руки охотникам, спасшим его от страшной смерти.
Наконец он мог ехать.
Дело оставалось за Брэксмаром. Тот сам шагнул к нему, отстранив Ти.
– Ну что, поплывем вместе, профессор? – спросил с улыбкой Роман.
Автомат свободно висел в его руке. Но с предохранителя был снят.
– Нет, – покачал головой Брэксмар. – Я не могу плыть с вами. И вы сами это прекрасно знаете.
Он посмотрел на автомат, усмехнулся.
– Вы все-таки решили закончить свою работу?
– Профессор, – медленно проговорил Роман, – откуда я знаю, что, не уйдя со мной, вы не уйдете с кем-то другим?
– Я уйду только с ней, – показал Брэксмар на Ти. – Мы будем жить с ней в лесу, в деревне ее народа. Мне осталось не так много, и я хочу провести остаток дней здесь, среди дикой природы. И клянусь вам, что никто и никогда из так называемого цивилизованного мира меня больше не увидит. А мои знания умрут вместе со мной. Это я вам гарантирую.
Роман постоял, чувствуя холодную тяжесть автомата. Этот человек был так великодушен, что позволял ему сделать выбор. И как должен поступить он?
Ти стояла в стороне, прижимая к груди руки. Роман не видел в темноте ее глаз, но чувствовал, как напряженно она ждет.
Охотники сурово молчали, едва ли понимая сущность происходящего. Но их молчание помогло Роману принять решение.
– Будьте счастливы, Питер, – сказал он, закидывая автомат за плечо.
– Будьте счастливы и вы, – эхом отозвался профессор.
Роман повернулся и направился к катеру. Когда он уже подходил к нему, сзади послышались торопливые шаги.
Ти подбежала, порывисто обняла его и поцеловала в щеку.
– Merci.
Через секунду она уже бежала назад.
Садясь в катер, Роман обернулся. Берег, на котором стояли охотники, был пуст.
«Вот и нашлась ее настоящая любовь, – подумал он. – Профессор еще бодр, так что все у них получится. Через десяток поколений у банар родится гений и осчастливит человечество. И это будет мой подарок людям».
Он завел катер, вывел его из протоки. Луна ярко освещала реку. Не включая фару, Роман быстро погнал катер в сторону моря…
До квадрата, в котором его ждала субмарина, оставалось не более десяти миль, когда слева ударил мощный луч света. Пограничный катер вырвался из-за острова и помчался за беглецом.
Роман наддал хода. Все-таки тихо уйти не удалось.
Загремела команда остановиться. Прожектор держал Романа, как в кулаке, не позволяя вырваться из-под наблюдения.
Роман начал петлять, прыгая по волнам, но пограничники насели плотно. Мегафон ревел, постепенно приближаясь. Как ни быстроходно было судно наркоторговцев, но в открытом море оно не могло соперничать в скорости с боевым кораблем.
Читать дальше
Конец ознакомительного отрывка
Купить книгу