Виктор Степанычев - Роман с героем

– Хорошо, согласен, выбрасываю... А ты отдаешь мне пояс.

– Договорились, – кивнул Стас. – И давай шустрее, а то кто-то к нам ломится.

Действительно, уже дважды дергали ручку, пытались открыть дверь в тамбур со стороны перехода из соседнего вагона.

– И без тебя слышу, – хмуро сказал чистильщик. – Открой шире...

Он перехватил пистолет за ствол и, чуть помедлив, швырнул его в открытую дверь.

– Алмазы! – требовательно произнес чистильщик.

– Держи! – Станислав с размаху бросил в него пояс.

Вот только ловить ценный груз чистильщик не стал. Увернувшись от двухкилограммового снаряда, он кинулся к Станиславу. Намерения его были недвусмысленны, что подтверждал нож, холодно блеснувший в руке. Стас даже не заметил, откуда чистильщик его выхватил.

В принципе, Станислав был готов к подобному развитию событий.

И бросал пояс, целясь в чистильщика, чтобы задержать его хоть на пару секунд, хоть на одну, пока он сам вскакивает на ноги.

Главное было сделано, отсутствие «беретты» уравнивало шансы Стаса и чистильщика. Хотя это равенство еще надо было доказать. Уж слишком легко соперник отказался от пистолета.

Что за этим стояло: крайняя самоуверенность или слепая вера в свои силы и победу? Нож, конечно, был сильным аргументом, но явного преимущества не давал. Хорошо, что его собеседник второй «береттой» не запасся.

Станислав еще не успел выпрямиться, а только поймал равновесие, ощутив под ногами пол, когда на него налетел чистильщик. Единственное, что он сумел сделать, так это отбить нож и остановить противника. Стас мог действовать лишь левой рукой, да еще коленом. Правой рукой он вцепился в трубу стоп-крана, чтобы не выпасть в открытую дверь тамбура. Ни о какой активности речи не шло. Остаться бы на ногах и не спланировать с поезда под откос.

Первый натиск Станислав выдержал, хотя это ему далось с большим трудом. Чистильщик по весу и росту был под стать ему. И силушкой, похоже, бог или черт его не обидел. О бойцовском мастерстве пока было говорить рано. Однако ножом он владел неплохо. Если бы Стас не имел достаточного опыта боя на ножах, первый же выпад чистильщика закончился бы для него плачевно. Тот попытался всадить ему клинок в шею у ключицы достаточно распостраненным приемом «сухой лист». Исполнение, правда, было чуточку грязным. Не довел рукоять влево, смазал взмах...

Сознание автоматически зафиксировало брак в работе чистильщика и тут же стерло эту информацию. Не до анализа нынче, себя бы сберечь.

Остановив атаку противника, Стас сумел воспользоваться своим положением, применив архимедову мудрость о точке опоры. С перевертыванием мира он бы не справился, а вот оттолкнуть от себя чистильщика сумел. А в качестве опоры сгодилась рука, намертво вцепившаяся в трубу стоп-крана.

Противник отлетел не более чем на шаг-полтора, но это позволило Станиславу окончательно поймать равновесие. Вторую ломовую атаку чистильщика он встретил уже не пассивной защитой, а сработал на противоходе, сумев не только отбить нож, но и достать чужое колено носком ботинка. Удар получился смазанным, не столько эффективным, сколько болезненным, прошел вскользь, однако чистильщик вновь отошел на исходную позицию.

Отказавшись от бульдозерного натиска и непосредственного контакта, третью атаку тот начал не спеша, держа дистанцию и сосредоточившись на работе с ножом. С одной стороны, подобная тактика держала Стаса в постоянном напряжении. Он внимательно следил за мечущимся лезвием, отбивал, увертывался, уходил от выпадов. С другой стороны, Станислав мог перейти от пассивной защиты к атакующим действиям. И единственное, почему он не делал этого, так это только потому, что еще недостаточно оценил противника. По силе они были примерно равны, а вступить в рукопашный бой на ограниченном пространстве, не зная, что собой представляет соперник, несколько мешал нож.

Однако как ни рассчитывай, ни оценивай, а точку в схватке надо было ставить. Теперь уже пытались открыть обе двери, слышались возмущенные голоса. Сейчас прибежит проводница, отопрет своим ключом дверь...

Похоже, и чистильщик понимал, что они дошли до критической точки боя. И в «последний и решительный» ринулся именно он. Отступив на шаг, а вернее, сделав упор на толчковую ногу, чистильщик бросился на Станислава. Сымитировав размашистый ложный выпад ножом, он резко выбросил вперед ногу и попытался мощнейшим толчком выбросить соперника из тамбура.