Иван Стрельцов - Псы войны

Несмотря на стычки в борьбе за власть, батальон парашютистов Набуева оставался нейтральным к политическим дрязгам. Жизнь постепенно стала налаживаться. Но…

Как гром среди ясного неба — приход к власти Гейдара Алиева, бывшего председателя Азербайджанского КГБ. Еще два месяца новое руководство обустраивалось. Генерал Кязим даже стал успокаиваться…

Утро началось с предъявления двумя офицерами госбезопасности ордера на арест. Генерал сперва хотел напугать визитеров, пообещав им восстание своего батальона, но те лишь хмыкнули. Пришлось подчиниться.

Проезжая в сопровождении гэбэшников, Кязим увидел, что территория батальона окружена танками и броневиками, а на плацу стоят его парашютисты на коленях, с руками за голову. С батальоном было покончено.

На въезде в Баку дорогу машине преградил грузовик. И едва генеральский «Опель» затормозил, как из кузова грузовика раздались автоматные очереди. Шофер и адъютант были убиты наповал. Генералу Набуеву скрутили руки какие-то люди в черном. Потом, завязав ему глаза, затолкали в микроавтобус и увезли в неизвестном направлении. В тот момент Кязим считал себя мертвецом, он был уверен, что это дело рук конкурентов. Но каково же было его удивление, когда через несколько часов он оказался на яхте в открытом море совершенно голым. И вместо ненавистного лица своего палача он увидел лицо моложавого незнакомца.

— Александр Васильевич Логинов, — представился незнакомец. Говорил он на чистом русском языке.

Затем, посмотрев на перепуганного до смерти Набуева, с легкой улыбкой сказал:

— Я ваш друг.

— Что-то не припоминаю вас среди моих друзей, — огрызнулся генерал. — К тому же друзей так в гости не приглашают.

Незнакомец на эти слова лишь еще шире растянул рот в улыбке, потом проговорил:

— Я был большим другом Рустама Гусейнова, да, да, тем самым большим другом из Москвы, которому Рустам через вас отправлял «товар». — Увидев в глазах генерала растерянность, пояснил: — В свое время была разработана прекрасная концепция. Товар выращивали на колхозных плантациях Рустама, а вы его отправляли. Да, — мечтательно произнес незнакомец, — золотое было время, никто не лез в дела армии, хоть бомби заповедники, хоть на истребителях перевози наркотики, никто пасть не смел раскрыть. Все списывал лозунг: «Лишь бы не было войны». Эх, время, время, жили при коммунизме и ненавидели его. — Немного помолчав, Логинов без всякой связи сказал: — А ведь на всю республику, кроме Гусейнова и вас, мон шер, был еще один офицер, полковник погранвойск. Три человека, а какой бизнес…

Логинов закурил сигару и, выпустив клуб густого сизого дыма, с сожалением проговорил:

— К несчастью, вся наша схема разрушена. По-видимому, ваши противники легализовались, занявшись политикой. Они сделали ставку на новое руководство и, как видите, не проиграли. И это их работа — что меня вышвырнули из Азербайджана. Урок мне на будущее.

Он снова затянулся сигарой и хотел что-то сказать, но его перебил Набуев.

— Хорошо, — проговорил азербайджанец. — Но я не могу понять, зачем вам понадобилось убивать офицеров госбезопасности и почему я голый?

— О, — проговорил Александр Васильевич, выпуская изо рта облако дыма. — Все очень просто, дорогой Кязим. Гэбэшников уничтожили, а вас похитили среди бела дня только для того, чтобы члены правительственной комиссии убедились в происках конкурентов. А голый вы лишь по той причине, что через час найдут труп, обезображенный до неузнаваемости. Он будет в вашем генеральском мундире, из чего последует вывод о вашей смерти.

— А как же моя семья? — вырвалось у новоиспеченного «покойника».

— Придется обзавестись другой, — спокойно проговорил Логинов, но, взглянув на недовольную физиономию Набуева, добавил: — Если вас не устраивает мое предложение, Кязим, вы можете сразу по прибытии в Дербент спокойно вернуться к семье, но… — Он пожевал свою сигару, таким образом сделав небольшую паузу, и закончил: — Но спокойную жизнь вам уже не сможет гарантировать и сам Господь Бог.

Кязим понял, что он на грани гибели. Конечно, у него есть кое-какие сбережения в нескольких зарубежных банках. Это значительная сумма, но что он может сделать, если за ним начнется охота конкурентов и госбезопасности? Последние наверняка объявят на него розыск через Интерпол. Нет, отказываться от «протянутой руки» Логинова, по крайней мере, глупо.

— Простите, Александр Васильевич, но вы еще ничего мне не предлагали, — поспешно произнес Набуев.