Сэйити Моримура - Коммандо

На лице комиссара, всегда таком спокойном, застыла тревожная гримаса.

— Осколок бетона, поднятый со дна водохранилища, и бетон, используемый при строительстве дамбы, полностью идентичны. Нет никаких сомнений — тело где-то там.

— Там-то там, Адзисава-сан, но в каком месте?

Чувствуя, что дело близится к развязке, Томоко слушала, затаив дыхание.

— Акэми вышла из «Золотых ворот» двадцать третьего мая, около полуночи. Тогда ее последний раз видели живой. А вечером двадцать четвертого с Обрыва Куртизанки упала машина. Итак, убийство совершено где-то в течение этих двадцати часов. Надо определить, какой участок дамбы строился двадцать четвертого мая. Там и замурована Акэми. А если исключить время, необходимое, чтобы доехать от низины Kaппa до Обрыва Куртизанки, да еще наиболее многолюдное дневное время сугок, искомый участок сузится еще больше.

— Но ведь тело залито цементом, найти его будет не так-то просто.

— Были бы доказательства, тогда можно и потребовать разобрать небольшой участок дамбы, — с уверенностью произнес Адзисава.

— Ну, Идзаки, выкладывай все начистоту.

Поспешно доставленный в управление Идзаки растерянно смотрел на впившихся в него злобными взглядами Такэмура и Уно.

— Начистоту?

— Брось крутить! Из-за тебя, подлеца, все управление оказалось под ударом! — стукнул кулаком по столу Такэмура.

Уно с искаженным от ярости лицом, казалось, вот-вот кинется на Идзаки с кулаками. Разговор шел в кабинете, где обычно допрашивали подозреваемых. Дверь полицейские заперли на ключ, чтобы обезопасить себя от чужих ушей. Тон комиссара не оставлял сомнений в том, что он считает Идзаки убийцей.

Тот молитвенно сложил руки и с непонимающим видом воскликнул, еще пытаясь улыбаться:

— Да что это с вами сегодня, ребята? В чем вы меня обвиняете?

— Сказано тебе — брось юлить. Отвечай: Акэми действительно на дне озера?

— Что?! Что вы спросили?! — изменился в лице Идзаки.

— Или, может, она запрятана в каком другом месте?

— Я… я не понимаю, о чем вы…

Идзаки бледнел на глазах.

— Отвечай на вопрос!

— Такэмура-сан, неужели вы меня подозреваете?

— Подозреваю. И еще как. Ты думал, с полицией можно шутки шутить?! Связались мы с твоей бандой на свою голову. Сам знаешь, на многое глаза закрывали. Но меру, меру-то надо знать! Всему есть предел!

— Я знаю меру. Мы всегда соблюдаем правила игры!

Идзаки немного пришел в себя и, видимо, решил держаться до конца.

— Запираться решил? Гляди! А то поднимем всю полицию и поищем как следует в низине Каппа!

— В низине Каппа! — Лицо Идзаки стало пепельно-серым. Он как-то сразу обмяк, обессилел.

— Я вижу, тебе это название кое о чем говорит. Так вот, там давно уже вертятся Томоко Оти и Адзисава. Все вынюхивают, не потянет ли откуда мертвечиной. Ты понял? Дочь Сигэёси и страховой агент.

— А, те двое!

— Дело пахнет сам знаешь чем. Мы с самого начала не больно верили в историю с падением в озеро. Да и не только мы. Но ты стоял на своем, опровергнуть тебя было невозможно. Мы тебя пожалели и, несмотря на подозрительные обстоятельства, дали свидетельство, о котором ты просил. Вот он, тот предел, та мера, о которой я тебе говорил. Только потому я и подписал документ, что был уверен — труп в озере. Найдут его потом, не найдут — не суть важно. Главное — Акэми действительно на дне, и честь нашего мундира соблюдена. Мне и в голову не могло прийти, что ты, кретин, даже в этом станешь нас обманывать! Ты представляешь, что будет, если теперь труп отыщется в совершенно другом месте? Мы с Уно сгорим — это еще ладно. Всей нашей полиции позор! И ты посмел нас так подставить!

— Я не хотел… не хотел! — заикаясь, пробормотал Идзаки.

— Чего ты не хотел?

— Не хотел вас подводить. И в мыслях не держал!

— Плевать мне на твои мысли! Говори, в озере труп или нет?!

— Нет, погодите. Я не могу так быстро!

— Некогда годить! Когда дочка Оти его найдет, будет уже поздно.

— Я этого не допущу.

— Как? Оми в эту самую минуту рыщут там. Может быть, уже нашли, пока мы с тобой тут время теряем.

— Такэмура-сан, — тон Идзаки вдруг странным образом изменился, — обещаю, что я вас не подведу. Никаких неприятностей ни у вас, ни у управления не будет, даю слово.

Маска обходительного дельца слетела с лица Идзаки, сейчас это был главарь мафии. Исчез извивавшийся ужом под вопросами комиссара слизняк, теперь от этого человека веяло неколебимой уверенностью и злобной силой. Стало видно, что на своем темном и извилистом пути Идзаки прошел и огонь, и воду. Да, поистине удивительным было перевоплощение, свидетелем которого стали комиссар и инспектор.