Игорь Астафьев - ПЕРПЕНДИКУЛЯР

"Что-то Ваша внешность кажется мне слегка знакомой,- заметил "Фигарыч",- мы не могли видеться ранее?"

"Не знаю,- ответил умник,- вообще-то у меня тривиальная и заурядная внешность. Чего не скажешь о моих мыслях,- скромно продолжил он,- А впрочем, раньше я выглядел еще обыкновеннее."

"Постойте, постойте,- вскричал "Фигарыч",- такой синий крокодил..."

"...В красных ботинках?"

"Да!! С прыгающей походкой, в темных очках."

"Верно! У меня еще третий глаз четь-чуть косил."

"И красивая такая серьга в правом ухе!.."

"Нет. Нет и нет! Значит Вы меня с кем-то похожим путаете. Я никогда не отличался экстравагантностью и носил серьгу исключительно в носу. С детства."

"Вот-вот!- обрадовался и перешел на "ты" "Фигарович",- Вот почему я тебя тогда не встретил. Как я не подумал про твой особый консерватизм в отношении внешности! Ты бы меня хоть окликнул!"

"Не мог. Зацепился серьгой за нижнюю губу - рта не мог раскрыть."

Они обнялись, поцеловались и долго общались.

Вот так даже мелкая неточность в описании объекта может сорвать и телепатическую и всякую другую встречу. На любом уровне. Опишут вам человека как какого-нибудь президента, а он окажется простым бандитом. Вот и не состоится встреча. Или наоборот - состоится.

А еще надо правильно обратиться к собеседнику. Это важно. Это нисколько не менее важно, чем правильный выбор языка. Звукового, светового, жестов, образного, Эзопова или, к примеру, латинской "Фени".

А то может быть, что ты обращаешься к к пришельцу (приплывцу, прилетельцу) аж на десятке известных тебе языков, включая китайский, а он неотрывно смотрит на ваши совершенно неподвижные уши и никак не поймет, что же вы все время молчите?! Он-то вам уже целую речь ушами отмахал и никакого толку.

Или разговор человека с чиновником. Человек ему все слова, слова... А чиновник-то понимает только цифры, причем большие и в валюте. Так и не договорились.

– Вижу объект,- не без удовлетворения крикнул "Петрович".

Объектом была относительно небольшая ЧД неправильной формы, отдаленно напоминающая старый советский автомобиль "Победа".

Галактион пристроился сбоку и принялся выходить на контакт. Для начала он просто крикнул. Потом начал генерировать позывные различного свойства.

"Эй! Любезный! Товарищ... генерал! Амиго! Генацвале! Пройдемте, гражданин! Ваше Благородие!"

Никакого эффекта. Только в ответ на "Ваше Благородие!" Галактиону послышалось знакомое по земной военной службе "Пошел ты..."

"Фигарович", пометавшись вокруг дырки с околосветовой скоростью, также был вынужден признать полную свою неспособность вступить в какой-никакой контакт.

Тогда Галактион решился на последний отчаянный шаг. Это было единственно возможное, оно же самое рискованное решение. Галактион нырнул в Дырку.

В тот момент он не подумал ни о своем образе, ни о том, что может быть это был последний его поступок, ни о чем вообще. Просто отчаянный импульс.

Раздалась тишина. Сначала Галактион, выражаясь материально, потерял сознание. Потому что внутри Дыры его полуматериальная личность сплющилась со страшной силой и чудом не разложилась от давления.

Когда он очнулся, то увидел, что сидит на заднем сиденье земного автомобиля "Победа" и куда-то едет по Космосу в наручниках в окружении четырех людей, включая водителя. И почему-то дожевывает яблоко.

Причем картины из окна автомобиля чрезвычайно его поразили. Они напоминали сны, были то цветные, то черно-белые и как бы накладывались на звездное небо или проступали сквозь него.

То машина едет по большому городу. И люди, опуская глаза, как бы её не замечают. То вдруг, как всегда во сне, безо всякого перехода - по проселочной дороге, деревне. И встречные мужики снимают шапки и кланяются в пояс. Бабы приседают. Причем мужики одеты кто в кирзовые сапоги, телогрейки и кепки, кто в джинсы, а кто - в лапти и зипуны. Они все рядом, одинаковы они. И кланяются одинаково (бабы приседают).

Галактион попробовал пошевелиться. Не получилось. Было ощущение полного отсутствия тела. Сознание шевелилось медленно, натужно, как

сильно пересохший язык во рту.

– Где я?- проскрипел Галактион.

– Где надо,- был ответ.

– А кто вы?

– Кто надо.

– А куда мы едем?

– Куда надо.

У этих людей на все вопросы был ответ. Один. Универсальный. На который и возразить-то было весьма и весьма затруднительно. Однако Галактион умудрился спросить такое, что впервые за всю их обширную практику поставило хозяев дырки в тупик. Он спросил: