Созвала хозяйка Похьолы все те злобные болезни и выслала их на погибель роду Калевы. И принялись недуги, дотоле неведомые, терзать народ Вяйнёлы и сживать со свету старых и малых.
Тогда вышел против злой напасти вещий Вяйнемёйнен, чтобы спасти болящих и избавить землю Калевалы от ужасного мора. Собрав чистейших дров, принесенных водою и высушенных летним солнцем, развел мудрый старец в очаге огонь и стал готовить девять колдовских снадобий от девяти страшных недугов. Самые сильные заклинания припомнил Вяйнемёйнен, упрашивая Укко, на облаках сидящего, затоптать злые искры, чтобы не умирали невинные от болезней, посланных коварным умыслом, а не волею бога, упрашивая отнять у болей силу, чтобы смогли спокойно заснуть недужные, чтобы ожили ослабшие и поднялись на ноги храбрые, упрашивая отослать несчастия на стезю ветров, запереть их в горе болезней, чтобы терзались муками бесчувственные скалы и не редел от мора достойный род Калевы.
Приготовив девять сильных мазей, принялся вещий старец натирать больным те места, где засели лютые хвори, закрепляя врачевание заклятием:
— Укко, грозный небожитель!
С тучи мед пошли на землю,
Чтоб смягчить болезни злые,
Успокоить жар недугов!
Я один не слажу с ними —
Помоги мне, славный боже,
Чтобы видел я изъяны,
Чтобы руки знали дело,
Чтобы верным было слово,
И дыхание не сбилось!
Где мои не тронут пальцы,
Пусть персты творца коснутся —
Ведь персты его нежнее
И умелей длани Укко!
Заклинать явись, создатель!
Пусть за ночь уйдут болезни,
Исцеленье пусть наступит,
Люди пусть забудут хвори
И не вспомнят о страданьях
Никогда, покуда в небе
Золотой сияет месяц!
Так изгнал со своей земли Вяйнемёйнен все болезни, все злые наваждения Лоухи, так запер недуги в гору болей, так вещей силой отвратил людскую скорбь и спас от смерти род Калевы.
43. Лоухи похищает небесные светила и огонь из очагов Калевалы
Узнав, что исцелился народ Калевалы и счастливо избежал наведенных ведовством бедствий, пуще прежнего обозлилась хозяйка Похьолы. Решила она иным средством досадить цветущей земле — выгнать из лесной чащи медведя, чтобы терзал он стада и табуны на лугах Вяйнёлы. Так и сделала Лоухи: чарами натравила косматого зверя, красу лесов, на скот Калевалы, и принялся медведь безжалостно драть на выгонах лошадей и коров.
Увидев, что вновь пришла беда на его землю, попросил Вяйнемёйнен кузнеца Ильмаринена выковать ему трехгранное копье с медной рукоятью, чтобы смог он защитить от напасти стада Калевалы. Исполнил Ильмаринен просьбу вещего старца и выковал копье в три сажени длиною, которым смог бы Вяйнемёйнен завалить красу лесов — медведя Отсо с медовой лапой.
Как только выстлал землю первый осенний снег, взял песнопевец копье и, свистнув пса, отправился в лес за добычей. По пути попросил он Тапио, хозяина лесов, Миэликки и дочь их Теллерво послать ему в охоте счастья, чтобы помогли они ловцу отыскать в чаще мохнатого Отсо. Усладил Вяйнемёйнен хозяев Метсолы дивной песней, и вскоре взял его пес по свежему снегу медвежий след.
Немного времени прошло, и вывел пес мудрого старца к логову зверя, что губил тучные стада Калевалы. Поднялся медведь на собачий лай и, оскаля клыки, пошел на охотника, но тут вонзил Вяйнемёйнен в грудь ему копье, а медную рукоятку упер в еловый корень. Долго бился могучий Отсо и хватался пятивершковыми когтями за копье, но, как ни свирепел, лишь глубже загонял себе в грудь трехгранное острие, пока не издох вовсе.
Снял Вяйнемёйнен с красы лесов мохнатую шубу, съел теплую медвежью печень, а с туши нарезал мяса и отнес добычу людям Калевалы. На радостях, что избавились от грозного Отсо, устроили люди веселый пир, приготовив в котле медвежатину и достав из погребов пиво. Вяйнемёйнен же, чтобы украсить праздник и чтобы весельем закончился день, засветил лучину в ставце и запел под кантеле отрадные песни.
Во всех пробудил радость своим пением вещий старец, одной хозяйке Похьолы не до веселья — пробралась она тайком в светлую Калевалу, чтобы новую беду накликать на ненавистную землю… Дошли звуки кантеле и голос певца до месяца и солнца: вышел месяц из своей избы и спустился на кривую березу, чтобы лучше слышать звонкое кантеле, вышло следом солнце из своего золотого замка и село рядом с месяцем на сосну, чтобы внимать с ликованием песням вещего старца, — тут и подкараулила их злая старуха Лоухи. Схватила она с сосны солнце, а с березы месяц и унесла в угрюмую Похьолу, где заперла их на тяжелые засовы в недрах железной горы.
Читать дальше