Admin - i b654e578be7da6c9

- Вот как... Да вы знаете!.. Да за это!..

- Я всё знаю, - Кибальчич посмотрел в глаза министру. - Сначала я сделаю дело. Потом и будете решать.

Милютин прерывисто задышал.

- Хорошо. Майор, немедленно выделите экипаж господину студенту. И как можно быстрее доставьте во дворец. Выполнять.

- Я с Николаем Ивановичем! - внезапно очнулся Костя, с открытым ртом слушавший обсуждение взрыва. - Я помогу! Сумею!

Милютин только махнул рукой. Остромыслов уже выбегал, и не было смысла спорить и доказывать гражданскому, что ему там не место. Пусть его. Пусть. Может, действительно поможет.

Кибальчич и Шумов вслед за майором выбежали на улицу. Он указал им на пролетку, уселся сам и крикнул:

- Гони!

Видимо, кучеру не надо было объяснять - куда. Он присвистнул, ударил вожжами по крупу пристяжной и погнал. Сначала по Грязной, а потом и по Невскому.

Прямиком к Зимнему дворцу.

Электрический фонарь в руке Шумова подрагивал, выхватывая из темноты то неоштукатуренный сводчатый потолок, то кирпичную стену в селитряных высолах, то неровный пол, залитый водой. Электрическое освещение отключили сразу, едва начали эвакуацию из дворца: многие были наслышаны о пожарах, которые возникали от неисправной проводки. А где пожар, там и до взрыва недалеко.

Кибальчич шел уверенно, будто сам заложил эту мину. На осторожные Костины расспросы Николай ответил, что принципы взрыва он сам и разрабатывал. Вариантов может быть несколько, но все они ему известны.

- А если они что-нибудь новенькое придумают?

- У них недостаточно компетентности и опыта, - успокоил Николай. - Поэтому моя задача заключается лишь в том, чтобы определить, какой из вариантов применен сейчас, - Кибальчич сделал паузу. - И сделать это вовремя.

В подвалах дворца Костя ориентировался плохо. Карта, выданная дежурным офицером, помогала мало: достаточно было пройти несколько помещений, и Костя терялся, не в силах сообразить, в какой они сейчас комнате. На очередную просьбу подождать Кибальчич вздыхал и говорил, что когда дойдут, то сразу всё увидят. Но Косте непременно хотелось знать, где он сейчас находится. Он всё больше нервничал и принимался болтать о всякой ерунде. Николай же, и в обычных условиях не отличающийся ораторскими способностями, становился всё менее многословен.

Первый порыв давно прошел, и Шумов уже вовсю ругал себя за идиотское решение пойти вместе с Кибальчичем на разминирование. Ругал, конечно, про себя - выглядеть трусом в чужих глазах не нравится никому. И при всём этом неосознанно замедлял движение. Костя боялся. Ему мерещились всяческие ужасы: то мина рванет сама по себе, то в результате неверного движения Николая, то сработает тайный взрыватель, который Кибальчич не заметит, и они взлетят на воздух, уже выбравшись из подвала. И непременно, когда он, Костя, будет рядом с миной. Так что от него мокрого места не останется. Становилось зябко, а в животе рос неудобный комок, который ощутимо давил не диафрагму. Костя замедлял шаг и вскоре переместился к Николаю за спину.

Кибальчич остановился так резко, что Шумов ткнулся ему лбом в шею. Отступил на шаг и шепотом спросил:

- Что?!

- Пришли, - голос у Николая был спокойным, но как-то чересчур ровным.

- И где она?

- Да вот же, прямо, - Кибальчич направил луч фонарика на стенку. Костя посветил туда же, чтобы стало светлее, и попытался разглядеть, что же там такое. Не понял, вышел из-за спины Кибальчича и сделал шаг вперед. Вернее, попытался сделать. Николай очень жестко, чуть ли не ударом задержал Костю.

- Стой! Не ходи туда. Свети на пол. Можешь нагнуться, не более того.

Шумов присмотрелся. В нескольких сантиметрах от пыльного пола блестела металлическая нить. Костя отпрянул.

- Ничего себе!

- Проволока к резервному детонатору, - Николай объяснял, делая паузы между словами чуть больше обычного. - На случай, если придут разминировать. Вот мы и пришли. Если освободить эту проволоку, то ослабнет натяг на вторую, которая к основному детонатору, и мина всё равно рванет. Нам это не надо. Значит, нужно сначала снять основной детонатор, а уж затем - резервный... Константин, вы стойте здесь. Там - не поможете. Будете фонарь держать. И, желательно, чтоб он не дрожал. Тонкая работа предстоит. Очень тонкая.

Кибальчич переступил нить и подошел к стене. К тому времени Костя уже разглядел, что из стены вынуты несколько кирпичей, потом кое-как вставлены, а между ними торчит проволочная петля. Через нее пропущена обычная веревка с привязанными к ней кирпичами.