Admin - i 1495e07c15fb5d3e

- Правильно.

Дойдя до небольшого поставца в Комнате, хозяин покоев подхватил блюдо с виноградом и яблоками, вернулся в Опочивальню - где и подсел к брату, начав потихонечку общипывать крупные темно-фиолетовые ягоды.

- Искусство гипноза очень древнее, старше книг Ветхого завета. Неизвестно точно, где именно оно зародилось, но уже жрецы Древнего Египта, Греции, Индии и Рима вполне уверенно им пользовались. От них оно перешло восточным знахарям и лекарям, а так же и волхвам славян... Которых старательно топил в воде и крови наш предок великий князь киевский Владимир Святославович, получивший за сии беспримерные труды достоинство святого. В странах католического креста это умение напрочь утеряно с падением старого Рима под напором варваров - но печаль по сему поводу мы с тобой отложим на другой раз.

С звучным хрустом вкусив плоти наливного яблока, Иван согласно покивал головой. Хоть вымри они все там, проклятые папежники - уж он по ним плакать точно не будет!

- Суть гипноза в том, что лекарь с сильной волей...

Выслушав пояснения и тщательно поразмыслив под внимательным взглядом тринадцатилетнего учителя, средний из братьев подвел итог:

- Получается, это как тайный ход в пределы разума, минующий охрану и крепкие стены?

- Хм, скорее как ключ к калитке в толстых и высоких крепостных воротах, ведь согласие и сила воли человека играют не последнюю роль.

Отставив опустевшее блюдо на прикроватный поставец, старший царевич обтер пальцы, испачканные в соке виноградной лозы.

- Однако, в соединении с даром нашей крови гипноз оборачивается не ключом, но тараном тяжким, коему что ворота, что стена - все без разницы. Поэтому запомни основное правило этого искусства: разум человеческий очень хрупок, и сломать его всегда проще, нежели оставить в целости. А уж собрать такие осколки в единое целое может только Вседержитель.

Коротким молчанием завершив вступительную часть, Дмитрий перешел к конкретным указаниям:

- Итак, первое твое упражнение!..

***

- Пошла!

Щелк!..

Вот уже шестой день кардинал-епископ Хелма и Вармии, секретарь короля Польского, опытный теолог и одаренный дипломат терпел тяготы и лишения осенней дороги, а заодно терпеливо скучал. Надо сказать, что чувство это было Станиславу Гозию привычно, и не вызывало какой либо тоски или же упадка духа - тем более, что причина, заставившая пожилого клирика бросить все свои дела и выехать в полоцкое воеводство, была очень весомой. Вернее сказать, их было ровным счетом две: во-первых, повеление христианнейшего государя Сигизмунда Августа. А во-вторых, возможность сильно досадить великому князю Московии - если только его знатнейший вельможа и троюродный племянник князь Бельский действительно решился сменить сюзерена и отринуть византийский канон. Выгоды сие деяние сулило куда как немалые!.. Если уж кровный родственник государя северной Руси его покинет - то что же говорить об остальных? Зерна вечных сомнений, злобного раздора и предательства в душах боярских наверняка дадут обильные всходы! А если и нет, то осведомленность князя в замыслах царя Ивана была такова, что сама по себе с избытком оправдывала все возможные хлопоты. Опять же, такой перебежчик наверняка знает немало интересных подробностей о гарнизонах порубежных крепостей и городов, припасах и воинской силе... Так что плата за подобную услугу в виде какого-нибудь староства в наследственное владение совсем не выглядела чрезмерной.

- Надеюсь, переговоры выйдут удачными.

От монотонного звука осеннего дождя Гозий впал в сентиментальные воспоминания. Лет семь (или уже восемь?) назад он как-то навещал по делам церкви Полоцк. Доблестная шляхта, пронырливые евреи-зерноторговцы, основательные купцы-литвины, старательные ремесленники и благочестивые горожане... Сохранилось ли все это? Да нет, вряд ли. Злобные московиты огнем и мечом прошлось по многолюдному и процветающему полоцкому воеводству, превратив его в некое подобие пустыни.

- Теперь только время и милостивое внимание короля исцелят глубокие раны этой земли.

Спутник кардинала и одновременно его слуга, подумав, что обращаются к нему, тревожно шевельнулся - но не дождавшись каких-либо слов, вновь замер. Сам же Гозий выглянул из возка, осматривая приближающуюся заставу, и невольно нахмурился. Ибо она напомнила ему о наказании Господнем, ниспосланном за грехи человеческие - неумолимой и неизлечимой чуме! Начавшись в Швеции, эта кара божия довольно скоро перекинулась и на Данию, затем прошлась по германским княжествам, откуда ядовитой змеей вползла в благословенную Польшу. А уже из нее Бледный всадник пожаловал и в Великое княжество Литовское, весьма озаботив этим бородатых схизматиков-северян.