Валентин Леженда - Глюконавты

Когда великий драконоборец скрылся из виду, Муха закончивший ревизию

в рюкзаке скептически хмыкнул:

- Как бы он с бодуна принцессу не зарубил, жаль будет девку, красивая,

хоть и дурная.

Отряхнув штаны, Вадик поднялся с травы:

- Ну что сходим, посмотрим?

Но ответить Муха не успел, потому что в следующий момент из кустов

цветущего жасмина прямо на друзей выскочил ревущий милицейский бобик.

- А байстрюки? – ревел в кабине участковый Гопстопов, неистово терзая

баранку. – Давно не виделись.

Утратив дар речи, Вадик с Мухой бросились наутёк.

- Стоять, - орал участковый, – я вам покажу, где зэки зимуют. Нет, я вас

туда отправлю в цинковых гробах.

- Выследил всё-таки нас, гаденыш, - чуть не плакал Муха, уворачиваясь от

наскакивающего сзади бобика. – Что мы ему такого сделали?

Вадик не ответил.

Вадик принимал решение.

- Разделяемся, - громко прокричал он другу, – ты беги влево, а я вправо.

- Нет, - визжал Муха, снова каким-то чудом выпрыгнув из-под колеса,

ревущего милицейского бобика, – мы потеряемся.

70

- Всё равно, - крикнул Вадик, – другого выхода нет, я ухожу.

И резко рванувшись в сторону, он исчез в кустах жасмина. Глаза у

Гопстопова разбежались.

За кем же гнаться?

- У-у-у-у, байстрюки, - словно раненный гризли ревел участковый. – Всё

равно не уйдете.

Немного поколебавшись, Гопстопов всё же погнался, за скачущим по

кочкам словно припадочный, Мухой. Сработало старое чутьё матёрого

милиционера. Ведь в рюкзаке за спиной у Мухи было что? Правильно, улики.

Срок свой нёс за спиной Муха, немалый срок.

- Ух ты, - челюсть участкового громко лязгала в такт подпрыгивающему на

ухабах бобику. – Шустрый шельмец.

А Муха бежал, петляя то зигзагами, то кренделями, подпрыгивая на ходу,

хватаясь за ветки деревьев, за свисающие с веток лианы, за что угодно лишь бы

поскорее сдыхаться настырного преследователя. Но Гопстопов крепко сидел у

него на хвосте, уже достав из бардачка наручники.

«Где же этот безголовый, что нам всё время помогал?», - удивлённо

подумал Муха, спотыкаясь и падая в грязную лужу.

Резко затормозив, бобик буквально выплюнул из себя сияющего от

радости, словно римский легионер прикончивший эфиопа, Гопстопова с

дубинкой и массивными «крабами» в руке. Муха отчаянно взвыл,

забарахтавшись в луже, но участковый уже прочно утвердившись на его спине,

заламывал бедняге руки за спину.

- У… мерзкий хипарь, - приговаривал Гопстопов, выкручивая скулящему

Мухе запястья, – отбегался, Курт Кобейн недоделанный.

С громким щелчком закрылись наручники. Всё было кончено. Уткнувшись

лицом в грязную жижу, Муха пускал в ней мутные пузыри.

- Так-то лучше, - участковый похлопал свою жертву по взмокшей спине. –

Ты, наконец, нашёл свою стихию.

Сняв с задержанного рюкзак, Гопстопов стал грубо в нём копаться.

- Где же гербарий, неужели этот охламон всё без остатка выкурил?

Но Муха был бережливым панком, на солидную статью травы в его

рюкзаке вполне хватало.

- Вот и ладненько, - пританцовывая на месте, довольно тёр ладони

участковый, – вот и чудненько.

Затем застегнув рюкзак он отнёс его в машину и, положив на сидение

рядом с водительским, прикрепил бумажку: «Вещь. док. №1». Вернувшись к

луже, Гопстопов брезгливо извлёк из неё хнычущего Муху и поволок того за

шиворот к бобику.

- А ты, красавец, посидишь пока в кенгурятнике, - злобно приговаривал

участковый, нещадно мутузя задержанного, – пока я поймаю твоего прыткого

приятеля.

Отпирая заднюю с зарешеченным окошком дверцу бобика, Гопстопов

подумал и нацепил на спину Мухе бумажечку с надписью: «Вещь. док. №2». В

бобике было темно, но задержанный успел разобрать, что там кто-то уже сидит.

71

- Э…- уперся Муха, не желая залазить в машину, – ты к кому это меня

подсаживаешь?

- К твоему старому знакомому, - зло бросил участковый, дав Мухе сильный

пинок под зад.

Ойкнув, задержанный пулей влетел в клетку. С громким хлопком закрылась

за спиной маленькая дверь.

- Вот козёл, - сказал Муха, потирая ушибленный копчик, но тут он взглянул

на своего товарища по несчастью и замер, округлив глаза.

На жёсткой скамеечке в углу сидел арестованный безголовый джентльмен.

***

- Семён, - заорал Вадик, выбегая на опушку леса, – Семён, Муху повяза…

Запнувшись на полуслове, офигевший Вадик увидел очень странную

картину. Под большим могучим дубом, к которому была привязана всё та же