Осьминожкин Александрович - Многоликие

- Я? Я такое сказал? - удивился Камина. - Вроде бы говорил, что они меня делают, а не убивают. А делают они меня в скорости, попробуй хоть одного поймай.

Вновь посмотрел на лес, а и правда как здесь искать монстров? Обычно в играх для них есть специальные локации и при том практически все открытого типа, а тут заяц будет за соседним деревом сидеть жевать травку, а я и не увижу.

- Правда, давай чуток от входа отойдем, - предложил я.

Камина пожал плечами и показал ладонью на лес, мол, ты иди первым, я за тобой. Отступать не куда, и правда сам предложил, так что пойду первым.

Лес, прежде, чем впустить хорошенько ощупал, ветки проверили крепость волос, умение уворачиваться от мелких веточек, что стремятся попасть в глаза, зеленый мох протестировал устойчивость, одно неверное движение и я на земле, а сзади ржущий Камина. Далеко я идти и не собирался, утоптанная тропинка повела куда-то в бок, но лишь примятая трава и обломанные ветки говорили, что это тропинка, а не что-то иное. Не представляю, как буду искать монстров в таком лесу, интересно, а долго он так простирается? Повернулся к Камине, но его насмешливый взгляд отбил желание что-либо спрашивать, перебьюсь.

Выносливость быстро вышла из зеленой зоны и все тело будто онемело, каждое движение дается с трудом и чем дальше, тем хуже. Руки и ноги будто деревянные, не слушаются, приходится переставлять через силу.

- Не стоит так мучиться, отдохни, - посоветовал участливо Камина сзади.

Ничего не ответил, обойдется. В суставах появилась боль, каждый шаг стал причинять реальную боль, будто наступаю на открытые раны, глянул, наступила красная зона. Опыт пробежки через огонь немного научил, терпеть можно даже такое. За спиной стал постоянно тяжело вздыхать Камина и насколько понимаю, ему просто жалко меня, сам еще тот гад, даже не вышел из зеленой зоны.

Сердце стало стучать так, будто нашло выход из груди и сейчас выпрыгнет, перед глазами стали появляться цветные пятна, появилась мелкая дрожь в ногах, сил больше не осталось, повалился на землю. Камина подскочил, но я отмахнулся. Шкала выносливости дошла до предела. В голове все кружится, тошнит, но постепенно становится легче и легче. Запоздало понял, что выносливость восстанавливается, от того такие улучшения. В общем, Камина не соврал, воевать в красной зоне не получится, даже в желтой будет проблематично, так что да, даже зайца будет тяжело поймать.

Взгляд зацепился за раскидистый дуб, вокруг которого деревья разбежались, могучее дерево никому не позволило приблизится, все пугливо жмутся за пределами его ветвей. План родился мгновенно. Охотник из меня никакой, но все же несколько следов зверей смогу увидеть.

- Жди, я скоро, - кинул я Камине и активировал вход в собственный мир.

Через пару минут вернулся с двумя железными лопатами, пришлось делать литыми, чтобы подольше просуществовали, но как оказалось зря, работать такой тяжестью мне оказывается не по силам.

- Копай яму, - приказал я другу и подал ему обе лопаты. - Не широкую, но глубокую, а я пока кольев нарублю.

- Зачем? - спросил Камина, забирая лопаты.

- Ловушку будем делать, - пояснил я, вновь активируя вход в собственный мир, теперь нужен топор.

- Здесь недалеко от тропы? - удивился Камина.

- А чего собственно бояться? Не попадет зверь, так игроки тоже добыча.

- И то верно, - заулыбался Камина и стал вгрызаться в землю.

Вернулся я с топором на деревянной ручке, чтобы смог им работать, да всего пару минут просуществует, но надо успеть.

За полчаса Камина вырыл приличную яму, а мне удалось срубить три хороших кола, не высокие получились, но вполне сойдут, не на мамонтов же охотимся. Сверху накидали широких веток, чтобы хоть как-то замаскировать.

- Теперь на дерево, - скомандовал я.

- Это еще зачем? - удивился Камина.

- Лезь давай, - приказал я и полез первым.

Камина вынужден был терпеливо дождаться пока я со своей выносливостью смогу добраться до первой ветке, прилипать к дереву в ожидании регенерации выносливости и больно и унизительно. В итоге забрались повыше, не ногами же болтать на головами зверей.

Осталось только дождаться первой жертвы. За три часа ни одной живой души, даже веточка внизу не шелохнулась, лишь ветер наклоняет верхушки деревьев.

- Никого нет, - подытожил Камина.

- Ух ты, - воскликнул я.

- Что? Где? - встрепенулся Камина и завертел головой.

- Во-он видишь дерево, стоит такое одинокое и тоскливое.

- Да, - быстро ответил Камина.